Сонечка

– Не расскажешь?

- Вам всё или последнее? – уточнила на всякий случай.

- Я окончательно заинтригован, - искренне признался шеф, медленно переводя взгляд выше и позволяя увидеть свои посеревшие глаза, что говорило о немалом раздражении Бессердечного.

О чем я не преминула заметить вслух:

- А почему тогда злишься?

- А я злюсь? – прищурился самый неоднозначный мужчина во вселенной.

- Ага. Ты когда злишься, у тебя глаза сереют, - поделилась наблюдением.

- Открою тебе маленький секрет, мышка, - загадочно ухмыльнулся шеф, делая шаг ко мне и проводя кончиками пальцев по тому месту, где полковник делал надрез. – Мои глаза сереют от многих сильных эмоций. Но да, ты права… Сейчас я безумно на тебя зол. Обязательно было калечить себя? Что за странная тяга к саморазрушению? А ведь ты не абсолютно бессмертна… Почему же так не бережешь своё тело?

- Котик, ещё сантиметр - и я тебя поцелую, - предупредила со всей искренностью, ощущая на своих губах его дыхание и четко до миллиметра зная, что между нами их осталось всего пятьдесят девять. – Нельзя быть таким сексуальным. Между прочим, это не по уставу!

- Угрожать вышестоящему лицу сексуальными домогательствами – тем более, - насмешливо парировал Даррен, не впечатлившись моим признанием. – За это можно и статью в личное дело схлопотать.

- Пф! – хрюкнула я совершенно не по уставу. – Напугал! Вообще-то я и так пожизненно заключенная, да ещё и рабыня. Так что ничего не знаю, котик…

- Подожди. – Шеф накрыл мои губы пальцами безо всякого сексуального подтекста и недовольно нахмурился. – Давай-ка раз и навсегда разберемся с этим моментом. Во-первых, твоё, так называемое, рабство. Почему я уверен, что тут не всё так честно, как описывают архивные документы? Что за бред с клятвой добровольного служения? Уж насколько я подкован в магии в целом и в демонических обрядах в частности, даже я впервые о таком слышу. Поясни, будь любезна.

- М-м? – промычала выразительно, намекая, что вроде как мои губы заняты. И не сказать, что я против, его пальцы очень приятны на ощупь, но говорить в таком виде весьма затруднительно.

- Да-да? – невозмутимо приподнял брови шеф, одновременно с этим убирая свою руку. – Очень внимательно тебя слушаю. Только правду, пожалуйста.

- Один ответ – один поцелуй, - выставила свои условия, в целом не слишком надеясь на положительный ответ.

И каково же было моё удивление, когда главнокомандующий сам подался вперед и запечатлел на моих губах самый настоящий поцелуй!

Да, практически мимолетный и невинный, как касание крыла бабочки, но… Но это был самый настоящий поцелуй! И Даррен сделал это сам!

- О, боже, кажется, я сейчас упаду в обморок… - пролепетала еле-еле от переизбытка чувств и на всякий случай вцепилась в китель шефа обеими руками.