Соломон. Забытая нежность (СИ)

Взглянула на часы отмечая про себя что Игорь ещё наверное спал. Тихо прошмыгнула на кухню, налила Маше в стакан воды, посмотрела лекарства, что купил Игорь, выбрала жаропонижающее и градусник и вернулась к сестре. Новый скачок температуры снова мог вызвать судороги, а мне бы этого очень не хотелось. Видела как Маша мучается в эти моменты и лучше бы я болела чем она, ей-Богу. Дала ей лекарство согласно инструкции и легла рядом, поглаживая маленькую спинку. Рассказывала шепотом одну из любимых сказок и очень переживала за сестру. Так я любила, когда она радостно носилась по дому, а не лежала бесчувственным овощем не в состоянии даже пошевелиться.

Аж сердце болезненно сжималось, когда видела эту картину.

— Маша, горло болит? — тихо спросила я.

— Болит. Аня все тело болит и особенно спина, — отозвалась слабо сестра.

— Это от жара. Сейчас станет легче, — я продолжала гладить спинку и головку, чтобы Маша успокоилась и еще поспала хоть немного. Градусник показывал слишком высокую цифру. Но я решила подождать действия лекарства, а не паниковать раньше времени.

Укола, что поставил знакомый врач Игоря, хватило на несколько часов.

И вот все по новой. Маша и до этого болела, но чтобы так сильно и с такой высокой температурой — впервые.

Когда лекарство подействовало, Маша уже провалилась в сон, а я уснуть больше не смогла. Слышала как спустя какое-то время сработал будильник Игоря, и он тихо выругался. Я даже немного улыбнулась, представив его заспанное и хмурое лицо спросонья. Слушала как он принимал душ и старался не создавать шума, собираясь на работу, как остановился перед дверьми в нашу комнату… Глупо, конечно, было притворяться спящей, но я закрыла глаза, когда мужчина тихо вошел в гостиную.

Не знаю зачем я это делала, но встречаться с ним взглядами и говорить пока не хотелось. Откуда вдруг взялось это смущение и настороженность? Игорь долго стоял в комнате напротив дивана, где мы лежали с сестрой, мне даже в какой-то момент показалось, что он уже ушёл, а я просто не услышала. Но вдруг он приблизился, поправил нам одеяло и так же тихо вышел. А я открыла глаза лишь когда щелкнул замок входной двери и зачем-то вспомнила о его вчерашних прикосновениях холодных пальцев к моему лицу, когда ненароком заснула на кухне, и будто снова почувствовала как моя кожа покрывается мурашками… Никогда не считала себя слабонервной и податливой, но все события последней ночи вызывали совсем иные чувства. После такого яркого выброса адреналина за пережитые страхи и волнения касаемо здоровья сестры, я ощущала себя высушенным озером. Игорю тоже досталось немало волнений этой ночью, и теперь он наверняка сидел в своем кабинете и заливал в себя горький кофе, чтобы немного взбодриться.