Соломон. Забытая нежность (СИ)
Наш дом сгорел дотла и мы с младшей сестрой остались без крыши над головой, без денег, без документов. А случайный приезжий, оказавшийся в наших местах отдохнуть, протянул руку помощи и не оставил в беде. Он взрослый, влиятельный, а его магнетический взгляд заставляет мое сердце бешено стучать в груди… И нет ни единого шанса остаться равнодушной.
— Я вижу что девочки! Но что они делают в твоей квартире? Ты поэтому просил отдать обратно ключи и сказал, что тебе нужно время?
Света вела себя совсем не тихо. Я снова взглянула мельком на Машу, но та кажется спала и не реагировала на шум. Но если у нее были ключи, то она получается могла прийти в любое время? И зачем звонила в домофон? Накалить обстановку? Или все же не выглядеть вконец бесцеремонной и обезумевшей от ревности фурией?
Игорь буквально оторвал девушку от двери и подтолкнул в сторону кухни.
— Хорошо, хорошо! — сдалась Света и снова посмотрела на меня.
"— Света! — грубо оборвал Игорь девушку.
В комнате было темно, и никто бы не мог увидеть моих красных щек и растерянного взгляда. Сцена как по мне выходила за рамки…
Игорь прикрыл дверь и уже силой потащил девушку на кухню. А я подумала о том, почему у нормальных мужчин вторые половинки зачастую истеричные особы? Вот так с ходу завелась и пыталась брать его чувства и откровения натиском…
— С кем ты хочешь говорить? Они обе маленькие беззащитные девочки, — тихо говорил Игорь, а мне ещё больше становилось не по себе от его слов.
Маленькая беззащитная девочка… Вот кем я была для него!
— Давай, в выходные мы сходим куда-нибудь вместе и познакомишься с девочками? Но сейчас посреди ночи не нужно их тревожить, — доносились до меня обрывки фраз. — Ты ведь умная женщина, перестань себя так вести…
Пусть я была маленькой беззащитной девочкой в глазах Игоря, но вполне совершеннолетней и далеко не глупой.
— Перестань, ты же видишь они совсем ещё дети…
Снова это «дети» резануло мой слух как острым ножом.
Вспыхнув румянцем, я отвернулась и уткнулась лицом в подушку, закрывая руками уши, чтобы больше не слышать их разговора. Но тихий говор все равно доносился расплывчатым эхом. Игорь считал меня малолетним ребёнком… Нет, мои чувства к мужчине никуда не делись, но от всех этих слов мне сделалось почему-то больно. И желание съехать от него только возросло. Мы с Машей мешали ему.

















