Сожги меня дотла

Он не сдвинулся с места, да и не пустил бы его Костя к девчонке. Понимал лишь, что готов сдохнуть прямо здесь и сейчас, если Весту отведут не в его комнату.

– Тогда ты не смей появляться там! Спишь в общем блоке, с охраной! – жестко ответила тетушка Анна.

Пожалуй, никто и не помнил, чтобы старушка говорила со своим любимцем в таком тоне. Для пожилой женщины Уалерий был всегда младшеньким внучком, о котором она заботилась и спускала с рук любые шалости.

А сейчас – все изменилось.

Когда женская половина семейства увела Весту наверх, чтобы обработать раны, Лер даже не удивился тяжелому удару, прилетевшему точно в переносицу.

Рука у Кости всегда была тяжелой. А сегодня, когда груз вины невероятно тяготил, Лер даже не увернулся, хотя и мог бы, ведь он был гораздо проворнее брата.

– Пойду проветрюсь, – пробормотал Лер, стер рукавом кровь, хлынувшую носом, и вышел из дома.

* * *Глава 14

Лер сам сел за руль. Уже сорвался с места, но потом притормозил. Наверное, распугал парней своими психами. По крайней мере, Платон смотрел на него так, словно Грек основательно начудил. А хотя, так оно по сути и было.

– Тебе лучше не покидать усадьбу, – отрывисто предостерег помощник Константина. – Пока не решим вопрос с Камулом.

Лер кивнул. Прав Платон. И Костя прав. Не исключено, что Шакал потребует от киллера ускориться, ведь час назад они круто позлили Шакала, да и Фил оказался не таким уж спокойным на встрече. Требовал и дочь вернуть, и информацию не использовать.

И если Адамиди был готов вести переговоры по поводу добытых сведений, благодаря которым Филиппова можно держать на крючке, то возвращать Весту никто не планировал.

Но с этим еще будут решать. А вот что делать с Вестой? Лер пока не знал. Но из машины вышел.

Хорошо, что темно и не видать ни черта. Нет, вся территория отлично подсвечивалась. И камер вокруг было столько, что можно со счета сбиться. Машка прекрасно справлялась с организацией наблюдения. Но Лер вырос в этом доме и четко знал все «слепые зоны». А главное, точно помнил, что если взобраться на крышу дома, то его, Лера, комната будет как на ладони.

Грек понимал, что никто не станет рассказывать ему о том, как себя чувствует малышка. Ему скорее достанется пару знатных тумаков от тетушки Анны или от Машки, чем те станут делиться новостями. Но и Лер не мог оставаться в неведении.

До укромного места, с которого просматривались окна гостиной, Лер добрался быстро. И никто его не заметил. А Лер засел в засаде. Чувствовал себя полным придурком, а все равно жадно всматривался, улавливал все, что происходило за стеклом."

"– Говорят, накосячил ты, – раздался знакомый голос.

Лер горько усмехнулся, но не отвел взгляда от окна. А Ильдар устроился рядом.

Небо с тяжелыми грозовыми тучами нависало над головой.