Спасатель (СИ)

Как ни крути, но история поменяется, и это мне крайне не нравится. Надо что-то предпринять, и срочно.

Конечно, сперва следует позаботиться о летописи, но … к черту книгу, надо придумать, как увезти княжича. Вот только как? Убедить Ростислава невозможно, уж очень князю не нравится слушать критику в адрес его ""неприступной"" крепости, а киднеппингу нас, к сожалению, не учили. Отпустив так и не затянутый ремень, отчего седло шлепнулось прямо на ногу Егорке, стоически выдержавшему это испытание, я судорожно начал придумывать выход из положения.

* * *"

"Егор уже закончил запрягать лошадей, но я стоял столбом и уезжать не собирался.

Хитроумные планы, как выполнить задуманное, снизошли на меня в огромном количестве, так что я даже растерялся, какой из них выбрать. Можно просто выкрасть ребенка ночью, пока все спят, или же подкупить его дядьку десятком гривен. А еще лучше наплести местному священнику о пророческом сне, посетившем меня. Учитывая, что вечером со мной долго беседовал сам игумен, байка о чудесном сновидении выглядит вполне естественно. В крайнем случае, следует пригласить княжича на охоту…. хотя нет, он еще маленький. Ну, тогда предложить преподать пару уроков по военному делу где-нибудь за городом, ведь у меня репутация великого воина. А там уж с одним или двумя сопровождающими, не ожидающими нападения, я как-нибудь справлюсь. В общем, планов много, все они хорошо продуманные и учитывая мои способности, легко реализуемые. Остается только выбрать.

— Дым! — Крик часового всполошил всех. Начали отворяться двери конюшен, и уже оседланных, (когда только успели?) коней спешно выводили к воротам. Сноровисто, без суеты, вооруженные латники забирались в седла и по двое выезжали через ворота.

Вот и замечательно, когда все уедут, будет легче осуществить коварные планы. Держа под уздцы свою лошадь, я осторожно, чтобы не мешать дружинникам, вышел из конюшни, внимательно осматриваясь по сторонам.

— Гавша! — повелительный оклик сзади заставил слегка вздрогнуть, но проявив выдержку, обернулся я величаво.

— Гавша, погоди! — Голос, вроде, похож на княжий. И действительно, из мешанины людей и лошадей вынырнул Ростислав. За ним вышагивал очень старый, лет шестидесяти, не меньше, воин в посеребренном шлеме, тащивший за руку серьезного мальчонку младшешкольного возраста, наряженного как на праздник.

Вслед им спешили, утирая слезы, несколько женщин, вероятно, пресловутые ""мамки да няньки"". Подняв мальчика и сунув мне в руки, пенсионер серьезно погрозил ему пальцем и на удивление расторопно побежал обратно, спеша присоединиться к формируемому отряду.

Сложив два и два, я быстро пришел к выводу, что держу в руках княжича, а воин преклонного возраста, это его дядька, т. е.