Спасатель (СИ)

Вопросы этнографии для меня как-то отошли на задний план. Впрочем, Фрол, не менее моего озабоченный проблемами геополитики, не забыл строго предупредить, чтобы я не заляпал одежку на пиру.

Метров тридцать, которые нам предстояло преодолеть, не такое уж большое расстояние, и княжич решил, что лучше пойти пешком. Ну в самом деле, глупо собирать огромную кавалькаду, если вереница всадников, приглашенных и слуг, как раз растянется от нашего терема до княжьего.

Прошествовав торжественно до пункта назначения, мы отпустили сопровождающих, которых брали для важности, и остановились перед крыльцом. Здесь наша честная компания несколько минут старательно вытирала ноги об солому, специально положенную для этих целей. Пусть сапоги и чистые, все-таки двор в детинце замощен деревянными плахами и регулярно чистится, но надо же показать свою воспитанность. Тем более, что стучаться нам, боярам, несолидно, а просто стоять под дверью, ожидая пока её откроют, скучно. Но нас вскоре заметили и отворили дверь, с поклонами пригласив войти внутрь. Степенно поднявшись на крыльцо, мы повторили процедуру вытирания ног в сенях, где был постелен коврик.

Затем наша делегация чинно прошествовали в княжеские палаты, не забыв перекреститься на иконы, и только затем мы огляделись. В просторной светелке, освещенной плошками, активно пировали дружинники. Веселье, похоже, перешло в последнюю стадию, когда на ногах держались лишь самые крепкие. Несколько музыкантов тренькало на гуслях и гудело различными духовыми инструментами. Сидящие за столами гридни хлопали в ладоши в такт ""музыке"", а несколько парней помоложе лихо отплясывали, нещадно топая по деревянному полу тяжелыми сапогами, подбитыми железными подковками. Но нам не сюда, а на второй этаж, к вятшим людям Козельска.

Тут обстановка куда официальнее. За длинным столом сидели гости и хозяева, почти все с постными вытянувшимися лицами, как на похоронах. Впрочем, надо заметить, юный князь и ближайшие к нему бояре особо огорченными не выглядели. Причиной всеобщего расстройства, очевидно, являлись два обтрепанных гридня, стоявшие посреди зала и вещавшие какую-то грустную историю. При ближайшем рассмотрении в рассказчиках можно было угадать бояр, только сильно поизносившихся и неухоженных. Видать, немало приключений выпало на их долю за последнее время. Козельцы напряженно слушали печальную повесть, не оборачиваясь на нас. Лишь сидящий во главе стола княжич кивком головы дал понять, что займется нами, как только злые вестники закончат свой рассказ."

"Говорил в основном один из гонцов — Жирослав. Он описывал несчастную для русской земли битву на Сити, в которой погибли Великий князь владимирский Юрий, а также князья ярославский и ростовский.