Спаситель под личиной, или Неправильный орк

— Дед? Так вы это всё специально?

— Нерисса будет наслаждаться каждой минутой, но да, специально. Мы, может, и старые, но не слепые. И ещё помним себя молодыми. Надеюсь, вы с пользой распорядитесь этим временем.

И старый король ушёл со двора с очень довольным видом и, кажется, даже насвистывая.

— О чём это он?

— Дедушка понимает, как мне хочется тебя… хм… затискать, вот и даёт нам возможность дать волю инстинктам, — усмехнулся Вэйланд, потом огляделся и предложил: — На крышу?

Конечно, я согласилась. И спустя пару минут мы вновь стояли на небольшой площадке, крепко друг к другу прижавшись, только сейчас мне было не до окружающих нас красот.

И слов нам тоже не понадобилось. Я так изголодалась по губам моего дракона — и когда только успела привыкнуть? — что сама потянулась к ним, уже точно зная, чего ждать и что делать. И через некоторое время уже не понимала, где я и кто я, где заканчиваюсь я, и начинается Вэйланд. Мои ладони блуждали по его плечам, жалея, что рубашка мешает прикоснуться к коже, находили эту кожу на шее, путались в волосах, снова возвращались к плечам, цепляясь за них, чтобы не упасть, потому что ноги вдруг ослабли так, что почти не держали.

Когда губы Вэйланда оторвались от моих, я недовольно захныкала и потянулась за ними, но получила лёгкий чмок в нос, а потом эти самые губы, тяжело дыша, зашептали мне на ушко:

— Элла, хорошая моя, нам нужно притормозить.

— Почему? — это же так приятно — целоваться и гладить друг друга. Впрочем, гладить я могу и сейчас, что я и сделала. Но Вэйланд почему-то перехватил мои ладони, не позволяя скользнуть ниже — а я так ещё ни разу и не потрогала те интересные выпуклости на его животе.

— Потому что я — не железный.

— Сейчас — нет, — согласилась с ним. — Вот когда ты в дракона превращаешься, тогда да, как железный, а пока — нет. Ты же сам меня вчера как раз поэтому попросил обратиться — дракона не так приятно трогать.

Вэйланд прижался своим лбом к моему и тихонько застонал.

— Ну, вот как мне быть, а? Ты же не знаешь элементарных вещей.

— Каких вещей? Я многое знаю!

— Да, конечно. Вот только есть одна тема, в которой ты — словно котёнок новорожденный. Не понимаю, почему вас, девушек, в таком неведении держат? Впрочем, учитывая, что вас в жёны просто продают, вряд ли вам расскажут о страсти и желании — такого у вас в браках, видимо, не бывает.

Я задумалась, даже гладить Вэйланда перестала. Он сказал «в браках» и в чём-то прав — я, действительно, многого не знала. Например, как появляются дети. Но считалось, что незамужней девушке знать это просто незачем. А вот что такое «страсть» и «желание» — я знала, только причём здесь брак? Желать — это значит хотеть что-то, например, какую-то вещь, а страстно желать — очень сильно хотеть.

Я объяснила это Вэйланду.