Спасти адмирала Макарова

Кажется, команда так и не сумела прийти в себя, потому что в ответ не было сделано ни одного выстрела.

— Товарищ капитан первого ранга? — командир БЧ-2 не знал, это уже все, или надо продолжать огонь.

— Погоди! — отмахнулся Карпенко, — Дробь стрельбе! Пока!

Но продолжать огонь не потребовалось, еще несколько минут продолжался пожар, потом один за другим, прогремело несколько взрывов, и отметка цели исчезла с радара. Навсегда.

6 марта 1904 года. 22–20 по местному времени. Восточно-Китайское море, 29 гр. СШ, 130 гр. ВД. БДК «Иван Вилков»Павел Павлович Одинцов.Ну нет нам покоя ни ночью ни днем.

Я протер покрасневшие глаза, весь день перечитывал все, что было в моей библиотеке по этим временам — по старой привычке все свое вожу с собой, два терабайтных накопителя отданных под тексты это вполне себе не мало. Тем более, что один офицер с «Трибуца», по моему командир ракетно-артиллерийской части, оказался завсегдатаем Цусимского форума, естественно, когда был на берегу. И накопил по этому вопросу туеву хучу всякого материала. Ну это скорее всего будет интересно товарищу Карпенко. А то, что командир «Быстрого», каперанг Иванов, является фанатом политических хитросплетений Серебряного века, это есть гут, даже вери гут. Он ведь большую часть карьеры сделал по военно-дипломатической линии. Военно-морской атташе в куче стран от кубы до Норвегии. А в прошлом у него была какая-то травма во время аварии на подводной лодке, после которой он не захотел увольняться и с отличием закончил Военно-дипломатическую академию. А вот теперь для выхода на пенсию ему надо выплавать стаж. Но куда назначить капитана первого ранга, не на ракетный катер же? В штабе командующего на Варяге вакансий не было, они и сами там все места держат. Назначили на эсминец, командир которого ушел на повышение. А что, подумали должно быть в штабе, старший там опытный, поможет, а через полтора года проводим товарища на пенсию контр-адмиралом, и все будет тип-топ. Что-то мысли мои ушли в сторону, точно заработался, надо выйти, подышать свежим морским воздухом. Я уже почти поднялся палубой выше, как услышал ясно различимую орудийную стрельбу. Как мальчишка бегом я бросился на палубу, мне хотелось самому увидеть, что там происходит. Застал я только самый конец драмы, «Трибуц» уже прекратил огонь, а в километрах десяти от нас, в ночной темноте, ярко, как фейерверк, горел какой-то военный корабль. Потом, через несколько минут, прозвучала серия сильных взрывов, во все стороны полетели пылающие обломки и огонь потух.

Я бегом поднялся в рубку «Вилкова».

— Сергей Сергеевич, что там у вас стряслось, что это за фейерверк с музыкой?

— Не волнуйся Павел Павлович, все в норме, на нас, к своему несчастью, напоролась японская канонерка береговой обороны.