Спасти наследницу, или Драконы вне очереди

Кажется, весть о том, что Армэль пропал, взбудоражила буквально всех, кто его знал. А особенно тех, кто общался с ним чаще всего — и теперь они решили устроить паломничество в Квиткост, чтобы выразить сочувствие оставшейся в одиночестве хозяйке дома.

Я отправила Нину выгуливать Муссона, а сама, вооружившись книгами по эльфитской магии, расположилась в библиотеке. Надо бы хоть примерно понять, что означают те надписи на двери! Но едва вникла в текст и суть начертания заклинаний, как явился дворецкий и доложил о том, что без малейшего предупреждения в Квиткост приехал герцог Лангрэс.

Я чуть не поперхнулась чаем, который пила между делом. Этот самый герцог даже на свадьбу к своему остроухому приятелю не приехал, хоть все вокруг судачили, что он едва не шефство над ним взял. И вот пожалуйста — заявился! Что же? Хочет, пользуясь случаем, вывезти из дома пару антикварных картин? В качестве, так сказать, компенсации прошлых хлопот.

— Проводите в большую гостиную, — велела я.

Находиться рядом с ним в тесном помещении малой гостиной совсем не хотелось. Опять будет “прощупывать” меня и изъясняться двусмысленностями, если не что похуже.

Когда я спустилась к гостю, тот уже вольготно расположился на обшитом дорогом, хоть и весьма потёртом велюром диване. Закинув ногу на ногу, он попивал что-то из низкого пузатого стакана и смотрел в окно, за которым уже разгорался закат. Да мистер Лангрэс, похоже, чувствует себя здесь как дома! Надо бы сбросить его с небес на землю.

— Добрый вечер, миссис Брорнаред! — герцог встал, как только меня увидел.

Я поморщилась от непривычного и крайне неприятного для меня обращения. Но пока придётся с ним смириться.

— Чему обязана вашим внезапным визитом?

Прошла дальше и опустилась в кресло. В комнату заглянул лакей, но я взмахом руки дала ему понять, что ничего не нужно готовить. Так гость уедет побыстрее. Предлагать ему поужинать точно не стану!

— Прежде всего я хотел бы выразить вам большую обеспокоенность в связи с тем, что случилось после вашей свадьбы. Это так странно и безумно!

Обеспокоенность я и сама могу выражать сколько угодно! Но это вовсе не значит, что сам факт пропажи Армэля меня расстраивает. Вот и на лице герцога можно было увидеть что угодно, кроме печали.

— Да, это действительно было неожиданно. Более того, я не понимаю, зачем это вообще было кому-то нужно. Я не получала пока никаких требований для его возвращения.

Калеб, слушая меня, улыбался так загадочно, что мне показалось, будто думает он о совсем посторонних вещах. Но когда я смолкла, он вдруг посерьёзнел.