Спокойный Ваня

Пулемётчик и его помощник обзавелись дополнительными отверстиями в головах.

Высадив все патроны в торчащий из окна пулемёт, я бросил винтовку и побежал к зданию. Стреляли в меня нещадно. Обычные пули несколько раз щёлкнули по каске и бронежилету. Попадания прекрасно чувствовались, но относительно лёгкие пули хорошо останавливались защитой. Спасибо создателям этого чуда-костюма и титановым пластинам, которые не рассыпаются, как керамика, после первого же попадания. Я немного приспособился к его весу, хотя изрядно вспотел от нагрузки.

Большие опасения вызывали начавшие стрелять сзади «свои».

Косоруких там достаточно, а броня на спине у меня пожиже будет. Прижавшись к стене дома, я пропал из зоны обстрела противника. Высунуться из окон им мешал огонь с наших позиций.

Стараясь не задерживаться на одном месте, я двинулся в сторону нужного мне окна. Тем более оно было рядом. Раньше из него стреляли по мне трое. Когда я подошёл вплотную, один немец умудрился высунуться, несмотря на прикрывающий огонь с нашей стороны. В руке он держал гранату и высматривал меня."

"Недолго думая, я всадил пулю ему в голову, а, выпавшую из руки, гранату отбросил подальше, вдоль дома.

Немец обвис на подоконнике. Очень вовремя. Окно находилось выше моей головы. То, что я сумею туда забраться, у меня сомнений не вызывало. Но когда тебе подают практически трап — это совсем другое дело.

Тело погибшего немца начали затягивать внутрь, я спрятал оружие, подпрыгнул и, уцепившись за труп, дёрнул на себя, чем добавил себе ускорения. Уже в оконном проёме пришлось перехватиться за двух растерянных вояк. Они следом за убитым сослуживцем высунулись в окно, рефлекторно стараясь удержать вываливающееся тело.

По спинам евросолдат я перевалился в комнату, попутно нанося удары локтями и коленями по их головам.

Они так и не поняли, что происходит. Это для меня в комнате было светло, а для них, видимо, не очень. Поднявшись на ноги, пристрелил обоих. Быстро осмотрелся. Комната была, узкой и длинной. Одна кровать, стол, на котором лежали не распакованные пайки, и платяной шкаф с выбитыми дверками. Других противников в комнате не наблюдалось.

Ошибся. Через открытую дверь послышался вопрос на немецком.

— Гитлер капут! — Попытался крикнуть я, но из-за прозрачного забрала голос получился глухой и неразборчивый.

— Was? — Раздался удивлённый возглас, и в комнату заглянул очередной немец с автоматом наперевес.

Рывком сократив расстояние, я левой рукой отвёл в сторону ствол его оружия, а мой пистолет, зажатый в правой, оказался у немца под подбородком. Стрелять я пока не стал. С силой упирая ствол горе-вояке в горло, лишая тем самым возможности говорить, разоружил немца. Затем, придерживая за грудки, вытолкал его в небольшой коридор.