Список гостей

Я знаю, что наши методы могут считать немного… суровыми, но мы многих непутевых мальчишек превратили в порядочных мужчин.

Мысль о том, чтобы отдать Бена в лапы этого черствого человека, наполняет меня ужасом. Я хочу сказать ему, что даже если бы могла себе это позволить и даже если бы Бен был подходящего возраста, я бы ни за что не отправила своего сына в заведение, которым управляет такой человек. Но я вежливо улыбаюсь и извиняюсь. Если родители Уилла здесь, должно быть, фотосессия уже закончилась. И если так, то почему Чарли не пришел за мной? Я оглядываю толпу и наконец замечаю его в компании с друзьями жениха и другими парнями. Я чувствую укол гнева и иду к нему так быстро, как только могу на каблуках.

— Чарли, — говорю я, пытаясь скрыть свое недовольство. — Боже, такое ощущение, что тебя не было несколько часов. У меня состоялся такой странный разговор…

— Привет, Хан, — отвечает он как-то отстраненно. Судя по каким-то неуловимым изменениям в его лице, чуть косящем взгляде, я уверена, что он уже выпил. В одной руке у него полный бокал шампанского, но вряд ли он первый. Я напоминаю себе, что он всегда держит себя в руках, что он знает свой предел. Он уже взрослый.

— А, — добавляет он, — кстати, можешь уже снять эту штуку с головы.

Это он про шляпку. Я чувствую, как мои щеки горят, когда снимаю ее. Он меня стесняется?

Один из мужчин, с которым говорил Чарли, подходит и хлопает его по плечу.

— Так это твоя дама, Чарли?

— Да, — отвечает мой муж. — Рори, это моя жена Ханна. Ханна, это Рори. Он был на мальчишнике.

— Приятно познакомиться, Ханна, — улыбается Рори, сверкая зубами. Они все такие обаятельные, эти мужчины из частных школ. Я вспоминаю друзей жениха у часовни: «Могу я вам предложить программку? Дать вам лепестки роз?» Ну прямо сама любезность. Но я видела, какими они вчера были. С ними надо держать ухо востро.

— Ханна, — говорит Рори, — думаю, мне стоит извиниться за то, в каком состоянии мы отправили вашего мужа после мальчишника. Но это же было весело, да, Чарли? Ты везде оказался последним, и все такое.

Я не совсем понимаю, о чем он говорит. Наблюдаю за Чарли. И вижу, как это происходит, как меняется выражение лица моего мужа. Он напряжен, губы сжались в тонкую линию, эти же перемены я наблюдала и тогда, когда забирала его из аэропорта после тех выходных.

— И что же вы там устроили? — спрашиваю я Рори, сохраняя игривый тон. — Чарли наотрез отказывается рассказывать.

Рори, кажется, вздохнул с облегчением.

— Молодец, — говорит он, снова хлопая Чарли по плечу. — То, что произошло на мальчишнике, остается на мальчишнике, и все такое. — Он подмигивает мне. — Во всяком случае, все мы повеселились. Мальчики всегда будут мальчиками.

— Чарли? — спрашиваю я, когда Рори уходит, и мы остаемся наедине.