Спор на босса

Хотелось развернуться и броситься наутек. Да только пути назад не было: снизу напирали любители экстрима.

Едва я ступила на верхнюю площадку и огляделась, как мгновенно вспотела от ужаса. Высота… Нет, выражение «волосы встали дыбом» вовсе не красивые слова. Они и на самом деле зашевелились и поднялись. Желудок скрутился рулетом, съеденное мороженое едва не вылетело наружу. Все кости, казалось, растаяли, словно сахар в горячем чае. Я зажмурилась, развернулась, каким-то чудом удержавшись на мягких ногах, и молча шагнула обратно. Знакомые сильные руки поймали, прижали к теплой груди. Я тут же вцепилась в босса обеими руками.

– Ну же, Юля! Соберитесь. Здесь нет ничего страшного! Все абсолютно безопасно. Разве это горка? Она же совсем маленькая. Вот в Америке…

– Мне плевать, какие там горки в Америке. Мне и этой достаточно!

Я хотела прокричать это, но тут же поняла, что из горла не вырвалось ни звука, лишь слабое шипение, как у спущенного велосипедного колеса. Голос пропал. Да и слух, наверное, тоже. Слова босса долетали отдельными фрагментами, прорываясь сквозь непонятные помехи.

– Не позорьте меня перед клиентами… – увещевал босс.

Но ничего не добился. Он просто поднял меня и с трудом запихал на сидение. Я обмякла и позволила делать все, что там полагается. Хуже уже не будет.

Угрожающе клацнул засов, и я осознала, что нахожусь в западне. Поезд тронулся с места, раздался дикий сумасшедший крик, непрекращающийся и настолько пронзительно-громкий, что от него зазвенело в ушах. Еще кто-то не любит высоту? До меня не сразу дошло, что это мой голос, который не нашел времени лучше, чтобы вернуться…

Мы с поездом взлетали ввысь, падали в пропасть и выписывали какие-то ужасные кренделя, но для меня все это сплелось в один непрекращающийся ужас. Впрочем, через какое-то время он все-таки прекратился: вагончик перестал трястись и подскакивать, ехал все медленнее, а потом и вовсе остановился.

– Приехали, – растерянно сказал босс.

«Приплыли», – подумала я и отключилась.

Сознание возвращалось рывками. Покачивало, было уютно и хорошо, как в детстве. Меня куда-то несли, что-то говорили, но глаза почему-то не открывались. И снова чернота.

Первое, что я увидела, когда пришла в себя, это встревоженное лицо босса.

– Очнулась, – с облегчением выдохнул он.

Никогда еще не слышала у него такого виноватого голоса.

– Я не думал, что вы настолько боитесь. Предупреждать нужно.

– А я предупреждала! – возмутилась я. Полулежать у него на коленях было удобно. Наверное, неприлично, но…

– Простите, – вздохнул он. – Я могу чем-то искупить свою вину? Хотите мороженого?

– Мороженое уже было, – буркнула я.

– Ну хотите, я вам медведя в тире выиграю, большого, плюшевого.