Среда обитания

Уже стреляют прямо в центре города, – лицемерно сказал адвокат. – Уже установили, кто его убийцы?

– Нет. Но там произошла автомобильная авария. Один убийца погиб, другой в реанимации. Может, придет в себя и что-нибудь расскажет.

– Будем надеяться, – вздохнул Тарханов.

– А у меня еще хуже новости. Исчез наш эксперт. Тот самый, который занимался расследованием. Оказывается, он был дома у Погосова и сумел забрать документы Неверова. Можете представить, какой тип? – Деменштейн с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. – Но мы его обязательно найдем. Никуда он не денется, даже с такими документами.

– Я ему всегда не доверял, – сообщил адвокат, – как только увидел в ресторане, то сразу подумал, что это не наш человек. И вот теперь он сбежал. Домой посылали людей?

– Там дежурят наши сотрудники. Но его нигде нет. Может, сбежал в свой Баку?

– Наверно, думает, что вы его там не найдете, – неприятно засмеялся Тарханов.

– Найду, – пообещал Лев Давидович, – я всех предателей, которые меня сдают, обязательно найду.

– Вы мудрый человек. До свидания, – быстро попрощался Тарханов, положив трубку.

– Какая мразь! – сказал Деменштейн. – А я ему так верил.

– Теперь остается ждать, когда Френкель сам выйдет на связь со мной, – сообщил Дронго, – и повезти ему документы в обмен на деньги.

– Думаете, что его посадят?

– Не думаю, что на большой срок. Доказать будет трудно. Но репутация будет подорвана. И хотя в вашей среде репутацией не очень дорожат, обвинения в убийстве и шантаже даже среди местных олигархов вызывают отвращение.

– Не любите вы нас всех, – сказал Лев Давидович, – и я не могу понять – почему? Ведь именно мы даем вам работу, платим большие деньги, позволяем вести свободный образ жизни. Рабочие с моего комбината или крестьянин, работающий в поле, не нуждаются в услугах частного детектива. Вы бы просто умерли с голода без нас.

– Нет, – ответил Дронго, – в мире есть много людей, которые по-прежнему верят в идеалы добра и справедливости, полагая, что необходимо бороться со злом. И этим людям я нужен. Может, они не могут заплатить мне миллионные гонорары, но они готовы драться вместе со мной за истину.

– Какая истина? У каждого своя. И каждый считает себя правым. И я так считаю, и Френкель, и Тарханов. У каждого своя правда, своя услужливая совесть, которая подсказывает, как можно обмануть партнера, кинуть напарника, задавить конкурента, отобрать у слабого, подыграть сильному. А вы нас так не любите. Мы только слепок самого общества. Какое общество, такие и олигархи.

– Неправда. Вы сами создаете собственную среду обитания.