Среда обитания

– У меня к тебе дело, – сразу начал он, – если нужно, привлеки к нему и Леонида Кружкова, – это был второй помощник Дронго, который помогал им в наиболее сложных расследованиях, – нужно установить следующие факты. Где конкретно работала Регина Ковтун до поступления в металлургическую компанию Деменштейна. Узнайте все подобности. Не было ли случаев нападения или насилия по отношению к ней. Затем проверьте досье Матвея Суровцева. Были ли другие случаи, которые проявляли его сотрудники по отношению к подозреваемым и задержанным. Если нужно, пусть Кружков даже полетит туда и все выяснит на месте. Затем проверьте биографию Погосова. Кто у него погиб в Спитаке. И, наконец, уточните – не пересекались ли в прокуратуре Неверов и Арсаев. Хотя это почти невозможно. Один был государственным советником и сидел в прокуратуре страны, а другой – молодым помощником прокурора в Санкт-Петербурге. Но все равно проверьте…

– Мы, конечно, постараемся, но на это уйдет много времени, – предупредил Вейдеманис, – это работа не на один день.

– Нужно сделать как можно быстрее. Если понадобится, пусть Кружков полетит в Армению, а ты отправляйся проверять досье Матвея Суровцева в Воронеж. Только очень быстро. Чтобы утром туда, а вечером обратно. Ты меня понял?

– Все у тебя так срочно. Сделаем, конечно. Ты с этим Френкелем поговорил? Он не родственник Яна Френкеля?

– Судя по всему, даже близко не стояли. Тот был аристократом духа, а этот… мелкий пакостник. И еще… я подумал, что нам с тобой нужно продумать одну операцию. Вечером заезжай ко мне.

– Ясно. До свидания. Будут новости, позвоню. Кстати, я собрал тебе целую кучу гадостей о Льве Давидовиче. Газеты пишут, что он безжалостный хозяин, лишенный всяческого человеческого сострадания. А его адвокат тоже не подарок. Говорят, что он представляет в судах интересы разных групп олигархов, получая со всех деньги.

– Каков поп, таков и приход, – произнес Дронго.

Он убрал телефон в карман. Наконец в зале появились Лев Давидович и его помощник. В присутствии Деменштейна Валерий Арсаев словно сразу потерял свой прежний лоск самоуверенного сноба, постоянного клиента элитных ресторанов. У него изменилось даже выражение лица с надменно-хозяйского до лакейски-угодливого.

«Люди меняются сразу, как только встречают человека, от которого зависит их судьба, – с огорчением подумал Дронго. – Ведь Арсаев, безусловно, умный человек. Но понимает, что его судьба и дальнейшая карьера зависят от расположения шефа. Как часто в жизни мы пытаемся приспособиться, пойти на компромисс даже не с собственной совестью, а с устоявшимися моральными нормами.