Продана замуж

Я в полном ужасе таращусь на мужа.

— Т-т-ты серьёзно?

— Да, — сжимая челюсти. — Послушай, этот брак…

Пропускаю дальнейшую речь мимо ушей. Потому что в ушах раздаётся неприятный звон.

Вот ещё один удар под дых!

Я резко побледнела.

Голова сильно закружилась.

Захотелось лечь.

И уснуть.

Вечным сном.

— Извини, мне нехорошо, — вырываюсь из объятий. — Пойду в свою комнату.

Не дослушав речь мужчины до конца, разворачиваюсь и ухожу."

"Плевать, что он там придумает. Я знаю лишь одно — он не изменит своего решения. Никогда! Умолять бесполезно.

Всё-таки Карим монстр.

Я ошиблась!

Глупо было полагать на то, что есть надежда.

Он не безнадёжен…

У него нет ни сердца.

Ни души.

Есть лишь глубокая чёрная дыра в области груди.

В которой копошатся и живут мерзкие черви.

Мне не хотелось выходить из комнаты вообще. Интерес к жизни угас. Проще и правда натянуть верёвку над карнизом, и…

Ночь прошла как на иголках. Мне снились кошмары. Один за другим. Живот из-за переживаний стал твёрдым, а поясницу покалывало. Я заставила себя не думать о плохом ради здоровья ребёночка, но… утром на нашу семью обрушилось горе.

Спустившись к завтраку, я не обнаружила Карима за столом, как обычно, увидела лишь прислугу. Девушки выглядели грустными и поникшими. На них была надета чёрная униформа. Такую обычно надевали для очень грязной работы.

— Почему вы надели черную форму? — удивляясь, спрашиваю я, присаживаясь на стул, стоящий напротив обеденного стола.

— Так ведь… Госпожа, — печально вздохнула Марина. — Траур.

— Что, прости?

— Сегодня ночью… самолёт Эльдара Асадова разбился. Не выжил никто. Карим Рамзанович… он закрылся в своём кабинете и никого к себе не пускает.

Глава 31.

Прошли почти сутки, но Карим так и не вышел из кабинета. Я уже начинаю думать, что с ним что-то случилось. Вдруг потерял сознание и лежит там на полу?

Надо что-то срочно делать.

Я беру запасные ключи у служанки, направляюсь к кабинету. На свой страх и риск открываю дверь, вхожу.

В помещении царит полутьма. На столе стоит фотография, обтянутая чёрной лентой, с изображением на ней немолодого мужчины. Карим сидит на полу, сжимая пустую бутылку виски. Рядом ещё одна лежит. Тоже пустая.

Его глаза закрыты.

Он не двигается.

Кажется, будто не дышит.

— Карим! — я бросаюсь к нему, опускаюсь на колени и крепко обнимаю мужа.

Сейчас мне хочется просто… просто его обнять.

Ведь он выглядит таким несчастным.

Я испугалась. Подумала, он не дышит… Его глаза были закрыты. Но сейчас мужчина смотрит на меня.

— Что случилось, прошу расскажи.

Целую его щеки.

Глажу дрожащими ладошками лицо, которое покрыто колючей щетиной.

Уныло качает головой.

— Идем, пойдём выйдем на свежий воздух. Так нельзя. Тебе нужно поесть.

За руку его хватаю, дёргаю в сторону.

Бесполезно.