Продана замуж

Я так и пролежала до рассвета, свернувшись клубочком на другой стороне кровати, глядя на его мощную спину, украшенную татуировками.

Глава 16.

Следующим утром, позавтракав, я выхожу из виллы. Завтракала я так же, как и ужинала — в гордом одиночестве. Покинув дом, я бреду к пляжу и думаю, чем бы сегодня заняться. Всё же, я бы очень хотела, чтобы Асадов составил мне компанию. Нам надо больше общаться, чтобы лучше узнать друг друга.

Заскучав, я бреду по пляжу, как вдруг вижу Карима.

Ох! Ничего себе!

Он ведет по воде двух жеребцов. Черного и белого.

Вот это да! Какие красивые! Я ведь обожаю лошадей!

Даже не замечаю, как на лице появляется улыбка. Вот, именно её я и ждала. Какой приятный сюрприз. Неужели мы будем кататься на лошадях. ВМЕСТЕ. Объедем весь остров.

Неужели ледышка стала таять? Потому что Кариму понравился секс вчерашним вечером?

Я ускоряю шаг, ближе к мужу подхожу, сияя от радости. Карим как обычно выглядит безупречно в белой одежде. Этот цвет ему очень идёт.

— Она твоя, — протягивает мне повод белоснежной кобылы.

— Прекрасная… — я таю от этого подарка.

Подхожу к коню и нежно провожу ладонью по гриве животного. Тот довольно фыркает, а Карим внимательно наблюдает за моими действиями.

Мужчина сейчас кажется мне очень нежным и заботливым.

Как будто у меня вдруг начинают просыпаться теплые чувства.

Если бы только он не добавил…

— Скоро приедут репортеры. Нужно сделать фотосессию. Наши поклонники ждут.

Резко следует разочарование.

Значит, показуха. На публику. А я понадеялась…

Черт, как обидно.

Понятно. То есть это все для других. Не для меня, в первую очередь. Чтобы показать счастливую семейную жизнь.

Фотосессия начинается примерно через час. Я привожу себя в порядок, тоже надеваю белый сарафан и сажусь в седло. Прибывшие на остров журналисты, восторгаясь моделями, принимаются за работу.

Мы должны играть так, чтобы нам поверили. Чтобы завидовали счастливой паре и нашей заоблачной любви. Фотографы говорят, что нам делать, какие позы принять, как в кадр смотреть. Мы следуем их предложению. В итоге, фотографии получаются идеальными.

Сидя в седле как настоящий король с прямой спиной и вздёрнутым подбородком, Асадов гордо позирует на камеры, а во мне ненависть просыпается. Он не любит меня. Ни чуть. А я испытываю к нему необъяснимые, противоречивые чувства. Его внешность и скрытность притягивает как что-то такое запретное, тайное. Теперь я начинаю понимать, почему запретный плод сладок.

Почему меня тянет к Асадову? Я часто вспоминаю нашу встречу на балу, он меня ей взбудоражил, зажёг внутри души странные искры. Он поразил меня своей внезапностью и непредсказуемость, поэтому его образ отпечатался в моем наивном, юном сознании будто на всю жизнь.