Стальной призрак

Вон тот даже с тросом, уже начал брать на буксир подбитую машину, которую втащил на мост Бабенко. А трупов-то! Здорово Омаев тут накосил!

– Вставай, пошли. – Алексей похлопал Руслана по плечу и обернулся на свои позиции.

На краю развороченного снарядами окопа стоял Блохин, опираясь на немецкую винтовку. Второй рукой он придерживал солдата с залитой кровью головой. Еще один, в разорванной на плече гимнастерке, пытался подняться, но все время падал. Больше никто не шевелился, только – тела, каски, винтовки, автоматы и пулеметы.

«Все, – решил Соколов, – воевать мне больше не с кем. Если не пришлют подкрепление, я просто стащу ящики с взрывчаткой на середину и лягу на них с гранатой. Большего я тут ничего сделать не смогу. Нечем. Так и сделаю… А все-таки мы их не пустили!»

От этой мысли на душе стало веселее. Это не было веселье довольного и счастливого человека. Это было злорадство, злая ирония солдата, который убил много врагов. Потерял убитыми много своих товарищей, но еще больше убил врагов. И не отступил. И не отступит, чтобы ни случилось, какая бы вражеская сила на него ни шла!

Глава 6

Говорить приходилось кодами из таблицы. Передачу по радио легко перехватить, это не проводная связь, тем более не спецсвязь, в которой используется аппаратура искажения.

Опустив микрофон, Алексей посмотрел на своих танкистов и сержанта Блохина, сидевшего рядом и поглаживающего свои усы. Один ус он во время боя умудрился подпалить, но сейчас было не до бритья. Немцы откатились назад, и повторной атаки можно было ждать с минуты на минуту. И тем более следовало ждать авиационного налета и артиллерийского удара по советским позициям.

Бойцы смотрели на своего командира с удивлением и надеждой. Лейтенант улыбнулся устало.

– Приказано взорвать мост и отходить. – Соколов сдвинул шлемофон со вспотевшего лба.

– Ну и нормально. – Началов сплюнул и потрогал пальцем рассеченную щеку. – Затащить на середину моста все ящики с взрывчаткой и долбануть. И будет им сначала три подбитых танка, потом дырка от бублика. Хрен они его быстро восстановят!

– Третий танк, который вы сегодня у самого моста подбили, – Блохин кивнул головой в сторону реки, – если из его баков бензин спустить и поджечь?

– Опоры железные, – возразил Соколов. – Чему там гореть. Да и бензин – жидкость текучая. Он быстрее сольется в воду, прежде чем прогорит.

– Разрешите мне сказать? – раздался голос Бабенко. – Прошу прощения, товарищ лейтенант!

Все повернули голову к механику-водителю, который стоял возле гусеницы со своей неизменной доброй улыбкой и вытирал руки ветошью. Началов смотрел недовольно, Блохин – устало и почти равнодушно. И только старшина Логунов с интересом посмотрел сначала на механика-водителя, потом на своего командира.