Стальной призрак

Не укомплектованы танковыми выстрелами и патронами к пулеметам. Необходима заправка горючим.

– Укомплектуем! – заверил подполковник. – Мне поручено поставить тебе задачу, танкист. Иди сюда, к карте. Мы сейчас упорно удерживаем левый берег. Некоторые части сражаются на правом берегу, хотя немцы не оставляют попыток сбросить нас с плацдармов в реку Воронеж. Но сегодня ночью, вот здесь, на рубеже ГЭС – село Боево, немцы прорвались на левый берег. Численность прорвавшейся группировки не установлена, четких сведений нет, немцы теснят наши заслоны. Бросить на ликвидацию прорыва нам пока некого. Кроме тебя, танкист, и твоей группы.

– В моей группе после боев за мост в Семилуках осталось два танка и один сержант-автоматчик из приданного нам штабом корпуса десанта.

– Знаю, не кипятись, лейтенант! – хмуро оборвал Соколова подполковник. – Слышал про эти бои, ты там проявил себя умелым и находчивым командиром. Ты пойми, что побеждают не числом, а уменьем. Вот поэтому я тебя и посылаю. Сколько у тебя танков – два или двадцать, – немцы тоже не знают. Пока они не перебросили на левый берег подкрепление, их надо швырнуть назад. Любой удар важен, любое давление на этом участке. У тебя есть преимущество неожиданного удара!

– Без пехоты я ничего не смогу сделать! – продолжал настаивать Соколов, понимая, чего ему может стоить его упрямство. Но вести на неминуемую и глупую гибель свои танки ему не хотелось. – Вы же знаете, товарищ подполковник, что сила танкового подразделения тогда максимальна, когда оно используется вместе с другими частями и родами войск. Танк усиливает возможности атакующей пехоты, пехота защищает танки и прикрывается их огневой мощью и броней.

– Да знаю я все! – нахмурился подполковник и ударил кулаком по столу. – Только взять мне тебе пехоту сейчас неоткуда.

– А может, моих, а, Николай Петрович? – вдруг спросил мужчина в гражданском пиджаке. – Хлопцы у меня боевые – «коминтерновцы» и рабочие с «Электросигнала».

Подполковник помолчал, что-то прикидывая в уме, а Соколов с удивлением посмотрел на странного мужчину. С виду рабочий, да только вот ремень поверх пиджака, да кобура с «наганом» на поясе…

Тот поймал на себе удивленный взгляд танкиста и протянул руку:

– А ты не гляди так, лейтенант. Сейчас не только армия воюет, сейчас весь народ на фронте. Кто с оружием, кто в цехах и на полях. Война она – для всех. Так что принимай помощь от рабочих воронежских заводов и народной интеллигенции. Мы воронежское ополчение. И воевать у нас многие умеют. Кто в гражданскую, кто с белофиннами успел повоевать. А молодежь, так та хорошую школу прошла в областном Осоавиахиме[5]. Астафьев моя фамилия, заместитель командира батальона народного ополчения.