Стальные небеса

Да и что толку от этого резерва – враги тоже не были идиотами и превосходно научились использовать гражданских для прикрытия. Не будешь же ты выжигать одним огненным ударом целый город со своими и чужими. Иногда получалось выманить иномирян на открытое пространство – тогда Мартин или Вики могли сработать и в одиночку. А на точечной зачистке сил тратилось куда больше, чем при одном мощном ударе.

Ситуацию осложняла нежить. Массы нежити, которую приходилось уничтожать днем и ночью, на которую, несмотря на помощь местных служителей Триединого, постоянно оттягивались силы боевых магов.

Мартин, как и все, работал на износ – ночами прикрывал войска, днем метался Зеркалами по фронту, тренировал отряды, наполовину состоящие из недоучившихся студентов и студенток магических академий, помогал в уничтожении нежити и участвовал в боях, а в свободные минуты – заряжал накопители для своих ребят. И иногда даже успевал поспать несколько часов в обнимку с Викторией. Когда она была на месте, конечно, а не выполняла свои боевые задачи, как сегодня.

Вики вызвали вчера вечером. Пришло срочное донесение: колонна грузовиков с ранеными, которых по согласованию с Рудлогом вывозили за границу, попала в окружение; два отряда сопровождения ведут отчаянный бой, единственный маг погиб от истощения, но выставил над прижавшимися друг к другу грузовиками щит, который неизвестно сколько продержится.

Только трое стихийников из всей блакорийской армии могли открыть к ним Зеркало, но без Мартина и Гуго Въертолакхнета назначенная на ночь операция в Льенпордте была невыполнима.

Поэтому на помощь колонне отправилась Виктория, проведя сквозь Зеркало еще пятерку магов. А Мартин после ухода жены то и дело проверял ее сигнальную нить.

Он знал, что Вики сильна и опытна, что резерв ее вырос, что она хладнокровно и сосредоточенно ведет бой и очень осторожна. Она переработала под себя Сашино плетение для амулета, «включающего» доспех, и теперь была втройне защищена – на ней вдобавок к броне всегда стояли и собственные щиты, и щиты Мартина. И все равно каждый раз, когда она уходила на выполнение боевых задач, ему требовалось немало усилий, чтобы не броситься прикрывать ее.

С ней творилось то же самое, когда вызывали его.

– Когда все это закончится, я запру тебя дома и сама год не буду никуда выходить, – сказала как-то Виктория, лежа с ним под сводами палатки, сотрясающейся от ледяного весеннего ливня.

Барон только что вернулся с зачистки нежити, Вики помогала в лазарете. – Пока не привыкну, что ты никуда больше не уйдешь.

Она не стала добавлять «и можешь не вернуться». Мартин и так это услышал.

– Да, мой прекрасный домашний тиран, – согласился он серьезно и, преданно погладив ее по бедру, уткнулся носом в шею, зафырчал там глухо.