Станешь моей

Хотя дело не только в этом…

Подло с моей стороны, но я не могу сказать ему это глядя в глаза. Я чувствую себя предательницей. Какая-то часть меня хочет быть с ним, но, вспоминая о Кирилле, моё сердце сходит с ума. Со Стёпой так никогда не было. Я тоскую по нему, да, но страсть, нахлынувшая вчера к нему, была впервые и скорее всего, больше не повторится.

Стёпа — это спокойная жизнь, со стабильностью, кучей детей и уважением до конца наших дней. Для кого-то это предел мечтаний.

Кирилл — это буря страстей, вулкан, постоянное движение. Он — это сама жизнь. А я хочу жить!

Наверное, с помощью вчерашней близости я пыталась зажечь в себе этот огонь, воскресить какие-то эмоции, но…

От мыслей меня отвлекает звонок в дверь. Я на цыпочках подхожу к глазку. Заглянув в него, вижу курьера. По крайней мере, мне кажется, что это он: синяя футболка, синяя бейсболка, а в руках планшет с ручкой.

Была не была! Открываю дверь.

— Добрый день! У меня заказное письмо для Екатерины Александровы! — бодро произносит курьер.

Я на пару секунд теряю дар речи.

— От кого? — спрашиваю почти шёпотом.

— Это вы?

— Да, но…

— Вот держите!

Пользуясь моей растерянностью, курьер суёт мне конверт в руки и начинает быстро спускаться.

— Эй, подождите… — кричу ему вслед.

Это странно… Кто может знать, что я здесь кроме, например, Кирилла? Эта мысль меня немного успокаивает. Скорее всего, это он.

Я закрываю дверь и, сев на кухне, открываю письмо. Внутри текст, написанный от руки размашистым почерком:

«Жду тебя на Ленина 15. С любовью. Макс».

У меня темнеет в глазах, а листок выпадает из рук. Это сон… это всего лишь сон…

— Нет, он не мог узнать… нет… — повторяю, словно в бреду.

На негнущихся ногах я иду в коридор, беру свой телефон и набираю номер мамы, который знаю наизусть. Гудки есть.

— Ну, наконец-то! — смеясь, отвечает Макс.

Я оседаю на пол и чуть не выпускаю телефон из рук.

— Ты не соскучилась? Некрасиво было убегать от меня! — наигранно расстроенно говорит он."

"Этот голос, эта надменная интонация… Мозг всё еще отказывается верить… Это сон…

— Где моя мама?! Что ты сделал с ней?! — спрашиваю дрожащим голосом.

— А у твоей мамы ничего такая фигурка! Сколько ей? На вид я бы дал не больше тридцати пяти.

Сердце колотится, в ушах шумит. Не могу понять, как он нашёл меня.

— Оставь маму в покое! Слышишь?! Я сделаю всё, что ты хочешь, пожалуйста, оставь её… — голос срывается.

— У вас были не очень отношения, да?

— Перестань!!! Где она?!! Не смей трогать её!! — меня трясёт от злости и страха.

— Здесь я диктую условия! — тон Макса резко меняется. Если до этого он был непривычно дружелюбным, то сейчас становится таким, каким помню.

— Хорошо, я готова на всё, при условии, что с ней всё хорошо и… — заикаясь говорю.