Станешь моей победой
— Эй, мадонна! — слышу знакомый голос. — Запрыгивай в тачку, подвезу!— Извини, но с тобой я никуда не поеду, — взволнованно выдвигаю и пытаюсь обойти машину.— Залетай, говорю, — не сдается он и смотрит на меня так, что сердце тут же совершает остановку.— Слушай, не знаю, что ты задумал, но… но… — тарахчу, не скрывая раздражения.— Ты станешь моей победой! — неожиданно и весьма уверенно заявляет наглец. — Моей…Меняя города, я никогда не привязывалась к новому месту. Мы слишком часто колесили по разным точкам страны, чтобы глубоко пускать корни. Поэтому я с легкостью расставалась с людьми, без особых душевных терзаний меняла сначала школы, после — университет, и каждый новый дом воспринимала как временное пристанище.А потом в моей жизни появился он… Уверенный в себе, смелый, дерзкий. И я даже представить не могла, что стану его главной целью. Но как бы я не сопротивлялась, как бы не противилась, ему удалось перешагнуть границы дозволенного, потянув меня за собой.
Но стоило мне сделать первый шаг, как кто-то с камчатки выкрикивает следующее:
— Тихая? Это что за фамилия такая? Ти-ихая… — протяжно повторяет парень с последнего ряда, обращая на себя внимание, и все студенты, словно стадо овец, начинают откровенно смеяться.
— Отставить смех! — строго проговорил преподаватель, и присутствующие в аудитории разом замолчали. — О, Данилевский! — обратился Николай Федорович к парню, сорвавшему дисциплину. — Давно я вас не видел! Даже соскучился.
— Эй, Николай Федорович, вы так не шутите, — зажав ручку между пальцами, парень вальяжно откинулся на спинку стула и принялся постукивать колпачком по столешнице, — народ может неправильно вас понять.
— Языку бы твоему применение найти… — неодобрительно покачивая головой, проговорил мужчина.
— Ну, все, завязывайте… Ритка тоже хотела ему применение найти, но…
— Данилевский! — грозно воскликнул преподаватель и ударил ладонью по столу. — Давай, Глеб, спускайся с камчатки и шагай к доске. Расскажешь нам про эпоху крестовых походов. Заодно и Анне место уступишь.
С силой прикусив щеку изнутри и задержав дыхание, спешу занять свободное место. А оно, как назло, находится рядом с Глебом.
Смотрю себе прямо под ноги, пока поднимаюсь по ступенькам до самых верхних рядов. Сердце от волнения так и норовит выпрыгнуть из груди. Еще немного и в обморок грохнусь. А когда все же пришлось остановиться в узком проходе рядом с Данилевским, меня и вовсе расшатывает.
— Новенькая! — с нескрываемым раздражением прорычал Глеб и, резко откинув столешницу, соскочил со стула, — Ты уже становишься проблемой, — возвышаясь надо мной, Данилевский буквально уничтожает меня своим взглядом.
— Я… Я могу и… — опасаясь быть втянутой в конфликт, принимаюсь оправдываться. Конечно, такая агрессия пугает меня, вызывая желание спрятаться за непробиваемой стеной. — Если хочешь…
— Глебарь, стопори, — доносится слегка хрипловатый голос слева от меня. На что Данилевский лишь сжал кулаки и поспешил вниз. — А ты… Да садись уже! — кто-то нагло хватает меня за запястье и дергает вниз, от чего я, теряя равновесие, падаю на свободное место.
Это что еще за хам такой? Больно же!
Собираясь выразить свое недовольство, глубоко втягиваю воздух и поворачиваю голову. А там… А там меня ждал полный провал. По всем видимым и невидимым фронтам…
Сталкиваясь взглядом с незнакомцем, тут же теряюсь. Цепенею. И с ходу забываю не только все слова, но и собственное имя.
Что я хотела ему сказать?
Взмах ресниц. Глаза в глаза. Дрожь летит по телу.
Секунда… Две… Три… Десять…
Толчок в груди. Еще один. Кровь на бешеной скорости носится по венам.
Подборки для вас
Короткие любовные романы
Все книги →
Космическая фантастика
Все книги →
Похожие книги
Щенок Тоби, или Старший друг
Разведен. Влюблен. Опасен
Твое сердце будет разбито. Книга 1 (СИ)
Сердце Проклятого
Дочь врага
