Старомодная девушка
Луиза Олкотт (1832—1888), плодовитая американская писательница, прославилась во всем мире повестью «Маленькие женщины». В своих романтических, легких произведениях она всегда затрагивает тему становления личности, женского воспитания, выбора жизненного пути. Ее образы до сих пор являют собой эталон хорошего вкуса и рассудительности, поэтому книги Олкотт смело можно рекомендовать для чтения юной девушке, которая мечтает счастливо и разумно устроить свою жизнь.Полли Мильтон выросла в маленьком провинциальном местечке в очень хорошей, хотя и не слишком богатой семье. Она от природы наделена умом, добротой и благородством, любящие родители мудро воспитали в ней трудолюбие и здравомыслие. Однажды она приезжает в город, в гости к своей подруге Фанни Шоу и в ее доме сталкивается с иным укладом жизни. Ей придется испытать на прочность традиционные правила, принятые в ее родном доме.Для старшего школьного возраста.
Повеселились – и хватит, – она спрыгнула со стула, довольная своим представлением. – Продолжим занятие. Эти старые белые муслиновые платья и красивые шелковые можно использовать еще много лет. Нужно отложить их, пока они не потребуются. Когда настанет нужда, вытащишь их из шкафа и отдашь перелицевать. Именно так делает моя мама. Богатые друзья часто присылали нам одежду, и если она нам сразу не подходила, то мама прятала ее до лучших времен. Чего только не было в их посылках: разрозненная обувь, капоры без тульи, чулки без носков и пяток, допотопные выходные наряды. Когда мама вскрывала очередную посылку, мы все собирались возле нее и мальчики так хохотали над этой одеждой. Уилл, тогда совсем маленький, даже стишок про нее сочинил:"
"Бедным сельским жителям, вовсе без одежды,Люди побогаче ворох шлют надеждыВ виде бальных платьев, кружев и шелков,Что сто лет лежали в недрах их шкафов.– Я думаю, Уилл станет таким же хорошим поэтом, как мистер Шекспир, – убежденно проговорила Мод.
– Да он и так уже Мильтон20, – прыснула Полли. – Но, думаю, с этим поэтом у него нет ничего общего, кроме фамилии.
– А почему ваша мама не разрешала вам носить нарядные платья из тех, которые вам присылали? – удивилась Мод.
– Она считала, что не подобает дочерям бедного сельского священника щеголять в парадных городских одеяниях, – объяснила ей Полли. – Поэтому откладывала их на будущее, как я сейчас некоторые из вещей Фан, пока они не пригодятся. Сильно поношенную, негодную одежду отдавала нам на лоскутья. Ох, как же мы с ней развлекались на нашем просторном чердаке. Помню, однажды затеяли игру в бал. Все вырядились, даже мальчики. А к родителям как раз в это время пришли с визитом новые соседи и выразили желание нас увидеть. До них, понимаете ли, дошли слухи, что мы образцовые дети. Мама нас позвала. Наш бал к тому моменту уже завершился, мы играли в саду в королей – кочаны капусты изображали у нас обитые атласом кресла, мы на них восседали и давали друг другу концерт по очереди. Конечно, мы не слышали, как нас зовет мама. Зато когда гости уходили и прощались на крыльце, из-за угла с грохотом вылетел Нэд, одетый в кошмарное разноцветное тряпье, он катил перед собой на садовой тачке Китти, а следом за ними неслись и вопили хором Джимми, Уилл и я. Эта игра у нас называлась «Леди Фитц Перкинс потеряла сознание, и ее доставляют в кэбе домой». Я боялась, что мама просто умрет от смеха. Представляете, что подумали новые соседи об «образцовых детях»?
Мод до того рассмешил рассказ Полли, что у нее подогнулись ноги, она резко села на край открытого сундука и тут же, сложившись пополам, ухнула внутрь. Фанни и Полли еле-еле вытащили ее оттуда вдвоем.

















