Старый тракт (сборник)

Хутор Лисицына был затерян в таком укромном уголке притрактовой тайги, что, не зная подхода к нему, его можно было не найти даже в солнечную погоду. Изба уткнулась в подножие холма, баня спряталась на берегу речки в черемуховых зарослях. Скотный двор — амбар, конюшня, хлев — потонул в сукастых соснах.

— Тихо что-то, а пора бы им быть, — сказал мужчина, правивший конем.

— Видать, осечка, — отозвался второй мужчина, а у Виргинии Ипполитовны от его слов сердце с острой болью покатилось под ребра.

— Неужели провал?! — со стоном воскликнула Виргиния Ипполитовна.

— Случается, — проговорил правивший конем.

— Не угадаешь, где попадешь, — подтвердил второй.

Виргиния Ипполитовна поняла, что люди, с которыми свела ее судьба на Сибирском тракте, знают свое дело и не первый раз помогают побегу.

Когда подъехали к хутору ближе, стало ясно, что он покинут, изба не топится, людских следов никаких нет. А где же пароконная подвода? Ведь ее и задумали-то с целью, чтоб промчать Валерьяна по проселку как можно быстрее и открыть ему путь в тунгусское стойбище. Пароконная подвода должна оказаться здесь первой. Где же она задержалась? По какой причине?

Насупились мужчины, запыхали цигарками, то и дело выходили из избы, прислушивались к свисту ветра.

Наступила ночь. Темнота поубавила ярость бурана, очистила небо от туч, заблестели звезды.

Виргиния Ипполитовна забилась в избе в угол, старалась забыться, но дрожь напоминала ей о времени, заставляла воображать самое ужасное.

Утром, когда совсем стало светло, на хуторе появилась наконец пароконная подвода. На ней приехали те трое мужчин, которых мельком видела Виргиния Ипполитовна со своего поста у часовни.

По их виду — сосредоточенному, уставшему, суровому, Виргиния Ипполитовна все поняла — с Валерьяном случилась беда. Она заторопилась выйти на крыльцо, и тут настигла ее страшная весть:"

"— Валерьян убит. Мир праху его, — скинув шапку, сказал самый молодой из мужиков и широко, во всю грудь, перекрестился. Помолчав, подал ей руку, тихо добавил: — Касьянов я, черев меня шли вам его послания.

Остальные мужчины тоже сняли шапки, но сказать ничего не сказали, только сокрушенно вздохнули.

Земля под ногами Виргинии Ипполитовны колыхнулась, она вскрикнула, но, ухватившись за перила крыльца, выстояла.

— Горько и тяжко! — сказал Касьянов и ожесточенно ударил кулаком по стене избы.

— Как же? Почему? — онемевший язык не подчинялся ей, застывшие губы сминали слова.

— Надо ж такому случиться! Нас приняли за настоящую почту. Пятеро варнаков напали на нас, рассчитывая, что мы везем деньги. Выстрел сразил его в голову.

— Боже мой… Где же он нашел свою кончину…

— Кто же знал? Все было сделано чисто.