Стеклянный дом

Казалось, он хочет намекнуть, что явка на допрос – проявление доброй воли.

– Естественно, я готов помочь всем, чем смогу.

– Ребекка Тролле, – произнес Алекс.

– Да?

– Вы знали ее.

– Я был ее куратором.

– Вас связывали только формальные отношения?

Фредрика надеялась, что ей удалось скрыть свое удивление по поводу того, как Алекс начал допрос.

– Мне кажется, я не совсем понял вопрос.

– Нас интересует, не общались ли вы по другому поводу, помимо того что вы были ее куратором.

– Да, общались.

Допрос, едва начавшись, зашел в тупик. Фредрика понимала, что не она одна лишилась дара речи от откровенного признания Вальтера Лунда. Алекс тоже был удивлен.

В конце концов он криво улыбнулся:

– Вы не могли бы рассказать об этом поподробнее?

– Разумеется, могу. – Вальтер Лунд провел ладонью по крышке стола. – Однако сперва я хотел бы удостовериться, что вы будете обращаться с этой информацией конфиденциально.

– Это очень трудно пообещать, пока мы даже не знаем, что вы намерены нам сообщить."

"– Понимаю.

Фредрика откашлялась:

– При условии, что сообщенные вами сведения окажутся нерелевантными для следствия, мы можем позаботиться о том, чтобы они не предавались огласке.

Похоже, этого заверения Вальтеру Лунду оказалось достаточно.

– У нас был краткосрочный роман, – проговорил он.

– У вас с Ребеккой?

– Мы довольно быстро обнаружили, что нравимся друг другу. За одним потянулось другое, и в декабре две тысячи шестого года я пригласил ее в ресторан. Затем мы еще несколько раз тайно встречались до начала января, когда я решил, что нам не стоит продолжать отношения.

– То есть роман был очень кратким.

– Именно так.

– Вы взяли ее с собой в Копенгаген, – сказал Алекс.

– Совершенно верно. И это произошло уже после того, как мы перестали встречаться. Мы ночевали в отеле в разных номерах и летели туда разными рейсами. Однако я понял, что Ребекка восприняла эту поездку как попытку с моей стороны восстановить отношения. Она очень расстроилась, когда я объяснил ей, что дело обстоит вовсе не так.

Голос Вальтера Лунда заполнял помещение, и вся его фигура излучала уверенность и спокойствие. Он держал в руках нить разговора, что не могло не восхищать Фредрику.

– Не вижу ничего странного в том, что она неверно истолковала такое приглашение, – проговорил Алекс. – Боже мой, романтический уик-энд в Копенгагене! У кого угодно от этого закружилась бы голова.

– Разумеется, я осознал, какую ошибку совершил. – Вальтер Лунд улыбнулся. – Я знал, что она расстроилась, когда я предложил расстаться, и хотел показать, что серьезно отношусь к своей роли куратора. Глупо было надеяться, что она поймет разницу и правильно оценит мое поведение.

– Что происходило после поездки в Копенгаген?

– Ничего особенного.