Стеклянный дом

 – И после этого она вернулась…

– Вы снова стали встречаться?

– Ну, уже не по-настоящему – так, иногда… Она тогда училась в университете, стала вся из себя такая важная. Мне кажется, она стеснялась меня.

Фредрика посмотрела на фотографию брата Даниэллы, висевшую на холодильнике. Он был везде.

– Когда вы совсем прекратили общаться?

– А мы не прекращали. Я не хотела ее отпускать – если вы понимаете, что я имею в виду.

– Не совсем.

– Когда любишь кого-то, тянет хоть изредка поговорить, увидеться. Не хочешь, чтобы этот человек совсем исчез из твоей жизни.

Как брат…

– Как относилась к этому Ребекка? Она часто звонила тебе, или в основном звонила ты?

– Звонила в основном я. Она все время была чем-то занята. Плавание для младенцев, церковный хор и куча всякого разного. Ну, и еще этот Хокан Нильссон.

– А что с Хоканом? – Фредрика выпрямилась.

– Он во все совал нос, говорил мне, чтобы я больше не звонила Ребекке. У него совсем башка не варит – он не понимал, что его звонки ей тоже не нужны.

– Ребекка воспринимала Хокана как проблему?

– Он ходил за ней хвостом, как собака. – Даниэлла рассмеялась. – Считал, что они друзья навеки или что-то в этом духе.

– Но это было не так?

– Конечно же нет, черт побери. Под конец она его просто не выносила.

«А тебя?» – подумала Фредрика.

– Когда вы с Ребеккой общались в последний раз? – спросила Сесилия.

– Накануне того дня, когда она исчезла. Я звонила и хотела поболтать, но у нее не было времени. Она спешила к своему куратору, этому чертову снобу. Сказала, что перезвонит мне позже, но так и не позвонила.

Фредрика запомнила слово «куратор». В процессе следствия она уже не раз слышала его, но пока не понимала, что за ним стоит."

"– Последний вопрос, – сказала она. – Ты знала, что Ребекка знакомится по Интернету?

– Все так делают.

– Хорошо, но ты не помнишь – она говорила об этом?

– Нет, такого разговора я не помню.

– До нас дошли слухи, что она предлагала в Сети сексуальные услуги, тебе об этом что-нибудь известно?

Даниэлла посмотрела на нее. Щеки ее пылали.

– Нет, – почти шепотом ответила она.

– Даниэлла, на нынешнем этапе исключительно важно, чтобы ты не скрывала от нас ничего весомого, – предупредила Сесилия.

Даниэлла откашлялась и посмотрела ей в глаза:

– Я ничего не скрываю, потому что мне ничего не известно. Устроит?

Фредрика и Сесилия переглянулись, решив закончить допрос и уйти.

– Она лжет, – проговорила Сесилия, когда они снова сели в машину.

– Я заметила. Вопрос в том – почему. И что именно она скрывает?

9Алекс пытался убедить судмедэксперта работать побыстрее. Ему не терпелось двинуться дальше, он хотел поскорее приблизиться еще на шаг к идентификации новой жертвы, обнаруженной в роще.

– Я делаю все, что от меня зависит, – говорил судмедэксперт.