Стихия боли

Потом очередь дошла до других видов высокоточного оружия — от противолокационных ракет до корректируемых бомб, превращающих в груды металлолома выставленные вместо мишеней списанные танки и самолеты.

Каждый раз Шостак усложнял задания. В последний раз Наталья не выдержала и «показала» зубы.

— Нас что, готовят для маленькой победоносной войны или проводят опыты, как на белых мышах?

Лицо полковника осталось невозмутимым, как у каменного идола. Совершенно ровным тоном он ответил:

— Вы будете участвовать в авиасалоне «Королевский смотр», и не просто, как мои кадры, — демонстрировать красоту слаженного группового пилотирования, вполне возможно, хозяева салона или гости захотят проверить, как амазонки, представляющие Россию, могут применять авиационное вооружение.

— А что, кроме нас, некому показать разрушительную силу российского оружия? — встряла в разговор двух старших офицеров Светлана.

— Конечно, есть, — не удостоив старшего лейтенанта взглядом, ответил Кирилл. — В делегации, представляющей нашу страну, есть группа летчиков-испытателей, которые обычно и демонстрируют боевые возможности самолетов. Но нельзя забывать, любая оружейная выставка — это не только демонстрация достижений той или иной страны, но еще и возможность эти образцы продать тем, у кого есть деньги. А любая торговля — это, по сути, базар, где клиент всегда прав. В «Росэкспорторужии», главном продавце наших боевых систем, светлые головы решили, что, если в пилотажной группе будут женщины, то они должны быть готовы продемонстрировать боевые возможности своего борта.

Говорить больше было не о чем, все точки были расставлены, получены ответы на все вопросы. И теперь оставалось лишь выполнять приказы вышестоящего начальства. Единственной отрадой пока оставались выходные дни, в субботу девушки отсыпались, воскресенье начинали с парной, в которой проводили полдня, чередуя хлестанья докрасна дубовыми вениками с холодным пивом и сушеными кальмарами.

— Люблю париться, — томно протянула Наталья, укладываясь на деревянную полку. — Пар открывает все поры, смягчает кожу и делает эластичной, как у ребенка.

— У тебя, Наташка, тело красивое, — взяв в руки большой веник с фигурными дубовыми листьями, Светлана окунула его в кадку с водой, затем резким взмахом руки оросила докрасна раскаленные камни каплями воды, которые, рассерженно зашипев, испарились, исчезнув без следа. — А вообще Зайкин прав, — рассудительно сказала блондинка. — Для стопроцентной сексапильности ты чересчур мускулистая."

"— Остатки былой роскоши. В школе я была девочка-колокольчик, отличница, спортсменка, причем занималась сразу несколькими видами спорта. К десятому классу уже имела мастера спорта по легкой атлетике.