Стихия боли

Я также не стану говорить, во сколько раз увеличилась террористическая угроза. Напомню: мы здесь находимся не с дружественным визитом или хотя бы отрабатываем учебную программу. Нет, мы здесь с боевой задачей — испытания новейшей боевой системы и обеспечение безопасности нашей делегации на предстоящем авиасалоне. Поэтому режим службы останется прежним — «боевая готовность № 1», а если сочту нужным, то объявлю и полную боевую готовность. Если с таким положением вещей вы не согласны, можете подать соответствующий рапорт на мое имя. Это касается и командиров кораблей охранения, а также всех остальных офицеров. Еще вопросы есть?

Больше вопросов у командира «Нимитца» не было, он вышел из адмиральской каюты. Рапорт на имя Ричарда Нильсона никто не подал…

— Сэр, «Фокстрот-1» сменил «Фокстрот-2», — доложил адмиралу вахтенный офицер о ротации самолетов ДРЛО. Благодаря патрулированию «Хокай», командование ударной авиагруппы могло видеть и, соответственно, контролировать пространство вокруг ордера на пятьсот миль. В таком положении авианосец практически был неуязвим.

К адмиралу неслышной походкой приблизился стюард, держа перед собой на уровне груди серебряный поднос.

— Сэр, ваш кофе.

— Благодарю, — скупо кивнул Нильсон, взяв в руки большую керамическую чашку. Кофе был такой, как он любил, горячий и крепкий, хотя врачи настоятельно рекомендовали отказаться от вредной привычки. Но отказаться от любимого напитка было выше его сил. Слишком мало осталось в его жизни радостей."

"Прихлебывая кофе мелкими глоточками, адмирал в задумчивости подошел к большому иллюминатору в торце рубки управления. Отсюда, с высоты «острова», вся палуба авианосца была как на ладони. Возле стоящих на корме дежурных «Хорнетов» суетилась техническая обслуга в приметных ярко-желтых жилетах.

Адмирал, повернувшись, посмотрел на нос корабля — там, за серым срезом, плескался океан, и только вдали у самой кромки горизонта в сизой дымке виднелась береговая полоса экзотического Таиланда.

«Может, уйти все же на покой и поселиться здесь?» — неожиданно подумал Ричард, но тут же отбросил эту малодушную мысль. Ему, как главе делегации США, предложили королевские апартаменты в гостинице «Три слона», в которой селятся лишь самые высокие иностранные гости Таиланда, а он отказался, потому что самым шикарным покоям предпочитал свою каюту. Еще поступая в Аннаполис, кадет Нильсон в своих юношеских грезах мечтал принять героическую смерть на борту своего корабля, естественно, в звании адмирала. До адмирала он дослужился, но вот умереть на борту своего корабля теперь стало проблематично. Скорее всего, успокоение он найдет в своей спартанской спальне на вилле, а то еще чего хуже, на больничной койке хосписа.