Страх никогда не стареет

Где диск? Где этот шедевр, который видели все, кроме меня?

– Издеваешься? Диск в надежном месте, он так хорошо спрятан, что если меня…

– Понятно, диск у тебя. Дальше.

– Убив Фаину, «Арес» стал шантажировать меня. Погосян, мой давний любовник, решил заступиться, назначил ему встречу около моего дома и случайно сбил «Ареса» автомобилем.

– Да так задел его, что голова у бедного «Ареса» мимо меня, как пушечное ядро, пролетела!

– Потом Погосяна… – она замялась, пытаясь подобрать объяснение, вопросительно посмотрела на меня.

Я согласно кивнул:

– Сотрудники милиции хотели задержать водителя, совершившего наезд на пешехода, и смертельно ранили Погосяна.

Это сейчас официальная версия. С ними все понятно, теперь о сенаторе.

– Киселев застрелил его, так как он не давал ему встречаться с Натальей.

– Наталья подтвердит бредни, которые вы за Киселева насочиняли? Сама на себя выльет ушат грязи? Ты уверена в этом?

– Или-или. У нее нет выбора. Считай, что она все подтвердит. К тому же это ведь не должно получить большую огласку? Имела она любовника-программиста, что такого? Одним любовником больше, одним меньше, с нее все равно все как с гуся вода.

Историю с отцом и так уже полным-полно народу знает. Через год все, совершенно все начнет забываться. Через два года можно смело заявить, что никакого интима у нее с отцом не было и все разговоры об этом – вранье.

– Кто в этой пьесе подкинул винтовку Киселеву?

Она вздохнула, вновь вопросительно посмотрела на меня.

– Ладно, это не принципиально. В уголовном деле вполне может фигурировать «не установленное следствием лицо». На тебя пока никто не думает, а Наталья не могла этого сделать. Значит, была никому не известная женщина.

Ну что же, Инна Ралифовна, рассказ неплохой. Если не считать, что надо как-то объяснить, зачем «Арес» хотел убить меня. Или он взял пистолет обороняться от хулиганов в ночное время?

Я встал, потянулся, по ее примеру посмотрел в окно и никаких ответов на возникшие вопросы там не увидел. Она молчала. Вряд ли ей было стыдно, просто нечего сказать.

– Я доложу обо всем в Москву. Какое они примут решение, понятия не имею. Но тебе следовать примеру Городилова я бы не советовал. Скорее всего, согласятся и пойдут на сделку.

Но есть одно препятствие – это я.

– Скажи сколько, и давай забудем…"

"– Забыть? Господь с тобой, Инна! Такое не забывают. Твои нежные поцелуи, намеки. Это кое-чего стоит. Мое условие. Если Москва согласится с твоим предложением, заметь, не с твоими условиями, а с твоим предложением, то в действие вступает мое условие. Без выполнения его можешь считать, что с Москвой у тебя никаких договоренностей нет. Условие очень простое – ты мне ответишь на все вопросы, которые я сочту нужным задать.