Страх никогда не стареет

Аппарат я расположил на столе так, чтобы он беспрерывно записывал действия гостьи. Сам же уселся на край стола, закурил.

– Ну что, Маша, я всё про тебя знаю. Всё-всё, поняла? Так что раздевайся. Вся раздевайся.

– Как вся?

– Как при Сарибекове раздевалась, догола.

Я ожидал от нее услышать все: «Мама!», «Папа!», «Милиция!», «Помогите, насилуют!», но ошибся. Девчонка интерпретировала события по-своему. Она внимательно оглядела кабинет, скинула курточку, выложила дорогой мобильный телефон и вполголоса сказала:

– Ты что, здесь? Сейчас? А дверь?!

Я подошел и закрыл дверь на ключ.

Второй раз за сутки, вторая по счету блондинка, реагировала так, как я и предположить не мог. Два-ноль в пользу женщин и девушек города Новосибирска.

Она разделась быстро, нисколько меня не стесняясь. Да и было бы кого стесняться!"

"– Стоп, достаточно! – скомандовал я, когда на ней остались только узенькие плавки, которые не скрывали содержимого под ними. – Теперь повернись ко мне боком, теперь спиной. Развернись лицом. Одевайся.

– И к чему я тут как дура раздевалась? – Процесс начался в обратном порядке.

– Раздевалась бы как умная, кто тебе не давал? И вообще, много будешь знать, быстро состаришься.

– Нет, правда, зачем раздевалась?

– Мне надо было убедиться, что на тебе нет следов побоев, – соврал я. В этом городе я вообще вру без всякой меры. На самом деле мне принципиально надо было убедиться, что я не ошибся в своих рассуждениях и догадках, которые первоначально были основаны на картинках с личного компьютера сенатора. Я поступал совсем не по инструкциям и правилам, но если была возможность сравнить живую любовницу Сарибекова с виртуальными персонажами, то такой момент было грех упустить.

Не каждый день голую любовницу сенатора видишь. Да и чисто по-мужски любопытно, какой вкус развивается к шестидесяти годам. Может, если доживу, и меня это ожидает. К тому же видеокамера зафиксировала, что я не собирался ее насиловать. Хотя такой реакции, как у этой Маши, я не ожидал. А с другой стороны, почему бы и нет? В ее понятии мужики наверняка все одинаковые. Один квартиру снимает, другой, пользуясь моментом, в кабинете принудит «любовью» заняться. Жизненно все это, если из себя ханжу не строить.

– Зачем тебе на меня голую смотреть, ты же не доктор? Какие еще синяки?

– А с чего это, Машенька, ты начала меня, как своего дружка, на «ты» звать?

– Как хочу, так и зову.

– А! А хочешь, я сейчас ремень сниму и так тебя выпорю, что на задницу сесть не сможешь? Я тебя быстро от хамства отучу.

– Тебя за это посадят.

– Кто посадит? Ты же видишь, меня тут все боятся. А потом, я же скажу, что тебя такую, избитую, привезли.