Страсть на грани

— Деточка, как тебе могло прийти в голову, что я отдам ключи от квартиры чужим людям! Как бы мне ни было плохо, тревожную кнопку на телефоне я нажать успею. Ты же знаешь, что я с ним даже в туалет хожу. В моем преклонном возрасте это вовсе не лишняя предосторожность. Ты хотя бы попробовала мне перезвонить.

— Я же думала, что ты без сознания…

— Без сознания была ты, — в голосе бабули смешались насмешка и тревога за внучку. — Это же чудо, что меня почему-то понесло к окну! Предчувствие, не иначе. Я увидела, что ты завернула во двор, увидела, как тебя ударили и как ты упала. Бегаю я не очень быстро, поэтому, пока я сначала вызвала «Скорую», потом позвонила твоему мужу, — она кивнула в сторону Олега, — а потом спустилась к тебе, прошло минут десять. Естественно, злоумышленника уже и след простыл.

— Но зачем твоя соседка мне звонила, если с тобой все было в порядке?"

"— Нет, все-таки удар по голове не прошел без последствий! — бабуля постучала пальцем по лбу. — Тебе звонила никакая не соседка. Тебя специально выманили из дому, зная, что ты обязательно помчишься меня спасать. И подкараулили, чтобы ударить.

— Но зачем?

— Этого уж я не знаю, — бабуля развела руками. — Олег рассказал, что вокруг нашей семьи вообще происходят какие-то странные вещи. В квартиры влезают, какую-то глупость подбрасывают. Теперь вот по голове тебя стукнули. Наверное, у всего этого есть какая-то причина.

— Наверное, — пробурчала Лера, — только мы ее не знаем.

— Узнаем, — в голосе Олега звучала глубокая убежденность. — Я уже поговорил с Димкой Вороновым, он сказал, что поможет, потому что обращаться в полицию пока вроде и не из-за чего, а вот ждать, пока кого-то из вас по-настоящему пристукнут, глупо.

— А я где? — Лера снова обвела глазами комнату, в которой они находились, и поняла, что это больничная палата. — В больнице?

— Ну да. Правда, врачи говорят, что тебя вроде бы можно забрать домой, но только при условии, что ты будешь соблюдать постельный режим.

— Буду, — пообещала Лера, которая страсть как не любила больницы. — Бабуля, миленькая, договорись, пожалуйста, чтобы меня отпустили! Ты же все можешь!

— Да отпустят, — бабуля засмеялась. — Вот что ты за человек, Лерка? Кинулась меня спасать, а в результате я тебя спасаю. Вот так, Олег, всегда.

Что-то было неправильно. Только Лера своей оглушенной ударом головой никак не могла взять в толк, что именно. Неправильность раздражала, как комар, звенящий над ухом в ночной тиши, но ухватить за кончик мелькнувшую у нее мысль Лера никак не могла.