Страсть на грани

 — Есть такие, кому нарушить чужую неприкосновенность — раз плюнуть, они в личное пространство других влезают непрошено и ведут там себя, как слон в посудной лавке. А у птиц такого не встретишь.

— Много разных безобразий можно встретить только у людей, — согласилась Лера. — У животных все как-то честнее.

— Ты не устала? — заботливо спросил Олег, который после известия о Лериной беременности стал вести себя так, как будто его жена была стеклянной.

— Нет, — Лера засмеялась. — Мы ж ничего не делаем, гуляем просто.

Сквозь прохладную вязь листьев солнце грело, но не обжигало кожу, ласкало, но не слепило глаза. Пели птицы, и все вокруг вызывало у Леры чувство какого-то непреходящего восторга. Ее радовало все — от катающихся по дорожкам парка на роликах детей до севшей на тыльную сторону руки божьей коровки, которая оказалась не красной, а желтой.

— Божья коровка, улети на небо, принеси нам хлеба, — запела Лера. Букашка, словно услышав, расправила жесткие надкрылья, вытащила из-под них смятые крылышки из тонкой черной сетки, расправила их двумя-тремя нетерпеливыми взмахами и улетела прочь, даже не оглянувшись на Леру.

На песочной тропинке два жука соединились в брачном танце. Лера присела на корточки, чтобы получше их рассмотреть, и, подчиняясь неведомо откуда взявшемуся интересу, даже щелкнула на телефон.

— Да ты у меня юный энтомолог, оказывается, — прищурился Олег. — Делаешь снимки, как жуки занимаются сексом. Девушка, да вы, часом, не извращенка? — Глаза его смеялись.

— Я сама не знаю, что со мной, — призналась Лера. — У меня какое-то забытое чувство полной свободы. Я с детства такого не помню. Мне кажется, что есть этот парк, а в нем мы с тобой, и лебеди, и утки, и белки, бабочки, жуки вот эти — и все, больше никого. Я, наверное, сумбурно говорю, ты не понимаешь, о чем я, но мне легко-легко сейчас, как будто нет у нас с тобой никаких проблем.

— У нас с тобой действительно нет никаких проблем, — Олег стал серьезным. — У нас все хорошо. Мы вместе. У нас отличные дети и скоро будет еще один. Нам есть где жить, есть что есть. У нас мамы живы-здоровы, твоя бабуля, мой дед. У нас есть какая-никакая работа. Нет войны. Есть друзья. Что еще надо? Миллионы денег?

— Нет, — Лера прижалась носом к его крепкому плечу, ощутила мощные мышцы, перекатывающиеся под трикотажной, не очень новой, но заботливо ею выстиранной и выглаженной майкой. — Мне никогда не мечталось ни о каких миллионах. У меня очень скромные запросы. Вот ты знаешь, моя подруга, та самая, благодаря которой мы познакомились, Злата, вышла замуж за миллионера. У нее сейчас есть все, что только можно пожелать. Дома за границей, любые машины, даже яхта заморская. Но для нее имеет значение только то, что она мужа своего любит.