Стратег

Мне известно, что каждый из нас в той или иной степени уже столкнулся со снижением деловой активности в контактах с Россией и японцами. Острова закупают все меньше и меньше сырья, и это не удивительно: зачем им покупать что-то у нас, если русские отдают им это даром? Русским больше не нужны наши машины и наше оборудование, и это тоже понятно: в отличие от нас, честных торговцев, Япония поставляет им не отдельные станки, а заводы целиком.

Да еще зачастую и вместе с персоналом! Но это бы еще полбеды: гораздо хуже то, что ни Россия, ни Япония больше ничего не продают нам. Нам! Их больше не интересуют доллары! Между собой они рассчитываются без денег вообще – система взаимозачетов, которая всегда позволяет оставить в плюсе того, кого нужно в данный момент. А на внешнем рынке они ведут торговлю либо под твердое обеспечение драгоценными металлами, либо по бартеру, обменивая свою продукцию на то немногое, что им все еще нужно. И нас с вами, джентльмены, в этой схеме нет! Совершенно и абсолютно!

Теперь молчание было не просто тяжелым: оно грозно нависало, точно многотонная скала над головой неосторожного туриста.

– Джон, старина, а вы не сгущаете краски? – наконец подал голос Стоунволл Басс. – Три месяца тому назад эта, как вы выражаетесь, «самодостаточная уния» приобрела у нас добрый десяток тонн платиновых катализаторов для производства высокооктанового бензина. И вот у Варбурга есть заказ на шесть танкеров, из которых четыре он уже, кажется, сдал и получил оплату.

– Мы поставили русским оборудование для трубопроводов, – добавил Кеннеди. – И разборные нефтяные резервуары – джапам.

– Мне тоже кажется, что вы несколько преувеличиваете опасность, – осторожно произнес Буш. – Через одну из наших компаний прошла закупка огромной партии грузовиков…

Угрожающая тишина развеялась. Все наперебой заговорили, стараясь припомнить побольше подробностей о последних сделках с Россией и Японией. И успокоить себя: положение не столь страшно, как говорит Рокфеллер.

– Джентльмены, – Джон Дэвиссон одним движением руки остановил эту Ниагару информации. – Джентльмены, а позвольте спросить: чем рассчитались с вами ваши контрагенты?

– Как это «чем»? – удивленно переспросил Буш. – Долларами, сэр, долларами. Настоящими билетами ФРС.

– Не нефтью, не продукцией машиностроения, не текстилем и шелком-сырцом, не сталью, а именно долларами? – уточнил Рокфеллер.

– Постойте, постойте, Дэвиссон, – Ротшильд раздавил недокуренную сигару в чеканной пепельнице. – Вы хотите сказать, что мы продали свои товары за… – тут он сбился, задохнулся и взялся за сердце.