Страж. 3 книги

— Но ведь Эспин его убьёт!

— Он уже давно мог это сделать. Но ведь не убил же до сих пор?

Лязг!

Топор вылетает из рук владельца и падает на песок прямо у ног ""судейской"" бригады. А меч уже приставлен к горлу Маса Батле.

— Признаешь ли ты своё поражение? — интересуется барон.

— Да… Ты выиграл…

— Берешь ли свои слова назад?

— Х-х-х-р…

Эспин чуть шевельнул рукой — и по шее противника сползла струйка крови.

Дернулся маг — но герольд кладёт руку ему на плечо.

— Он вправе этого требовать.

— Да… — хрипит топоровладелец. — Я беру свои слова назад.

— Повтори! И — громко!

— Я был неправ, высказывая необоснованные подозрения в адрес почтенной Инмы Ману.

— И? — вкрадчиво интересуется Эспин, не ослабляя, однако, нажима. Там уже не струйка по шее сползает…

— Она — честная и порядочная женщина!

— Готов ли ты загладить причинённый ущерб?

— Да! И всеми доступными способами!

— Я удовлетворен! — отводит оружие в сторону барон. — Поединок окончен — обидчик признал свою неправоту!

— Да, — кивает герольд. — Я подтверждаю, что всё, что здесь произошло — исполнено в соответствии с правилами и обычаями судного поединка! Если тут есть кто-либо, готовый оспорить мои слова — пусть выйдет вперёд!

""Выходи-ка, Билли, чтоб тебя убили…"" — на средневековый лад.

Слышал ли местный народ эту старую английскую песенку или нет — но никто вперёд так и не сунулся.

— Поединок окончен! — поднимает руку оратор. — Опустить флаги!

Всё, насколько я понимаю, теперь уже ничего из сказанного оспорить нельзя.

— А ты интересный человек! — барон протягивает мне флягу. — Глотни — этому вину почти пятьдесят лет!

Сразу же после завершения поединка, меня отыскал один из оруженосцев победителя.

Лагерь встретил меня предотъездной суматохой. Снимали и сворачивали шатры, седлали верховых лошадей и запрягали сильно похожих на наших першеронов коняшек в тяжелую вычурную карету.

— Садись! — указывает мне рукой барон.

Ему самому моют и расчёсывают голову, так что вставать он не может.

Не чинюсь и опускаюсь на табурет.

Вернув мне меч после боя, Эспин сходу предложил в придачу кошелёк с монетами. И был несказанно поражён моим отказом.

Теперь, видать, кой-чего прикинул… и настроился уже совсем на другой разговор.

— Не хочешь брать от меня денег?

— Я не настолько бедный человек.

— Но почему? От чистого сердца предлагаю же!

— Вы были мне симпатичны — когда решились биться без доспехов. А свои симпатии я за деньги не продаю.

— Ты своим поступком нажил себе могущественных врагов! Мас Батле — чрезвычайно злопамятный человек!

Пожимаю плечами. Как-то уж сложилось, что всяческих врагов у меня тут существенно больше, нежели доброжелателей.