Страж. 3 книги

В окружении нескольких неприятных личностей.

— Среди них был маг — и очень, скажу я тебе, опытный!

Так что барона выпотрошили до донышка. Правда, выясняли не так-то уж и много. Ключ от фамильного сейфа их явно не интересовал.

А вот распорядки при дворе графа — очень и очень. Причём, они и так знали достаточно, больше задавали всякие уточняющие вопросы.

— У них кто-то там точно есть! Или был…

Получив ответы, компашка взялась за создание личины.

Эспина привязали к столбу, раздели, немилосердно приласкав при этом кулаком — в целях успокоения, и маг создал из стоящего напротив злодея точную копию моего знакомца.

После чего лжебарон надел одежды Эспина — и стал вовсе неотличим от оригинала.

— Мне казалось, что я смотрюсь в зеркало!

Киваю — не только ему, весь двор в это поверил.

— Даже маг-охранитель этого не заметил!

Так и Дана — тоже, в общем, не лох во всяких там подлых штуках — и то ничего не заподозрила.

— Если бы не ты… в графстве сейчас царил бы хаос! В это же время неизвестные напали на дом барона Логара — тот еле отбился! Из его охраны уцелело всего пять человек! Да и при дворе… у этого человека с собою был пламенный свиток…

Это ещё что за хрень такая?

Видя моё удивление, собеседник поясняет — одноразовое заклятие.

При его использовании, пламя способно пожрать всё живое в радиусе примерно полусотни метров. Для этого нужно всего несколько секунд — которых у злодея и не оказалось…

— Вещь чрезвычайно редкая и о ч е н ь дорогая! Какой-нибудь колдун, даже нерядовой, такое сотворить не может! Для этого нужны усилия нескольких сильных магов — и в течении достаточно долгого времени.

Вообще, это штука из арсенала боевых заклятий — даже во время большой войны подобные вещи применяются очень редко. В гильдии магов Киморы такого никогда и не было…

Да уж… Могу себе представить уровень возникшего переполоха…

— Ну а всё это, — киваю на стены камеры, — особо вычурная форма благодарности, как я понимаю?

Собеседник опять мрачнеет.

Формально — я обнажил оружие и напал на человека при дворе королевского представителя. Что само по себе — тяжкое преступление.

— Я не обнажал оружия — отвёл удар ножнами.

— Да?! Хм… это кое-что меняет… ты точно в этом уверен?

— Пусть осмотрят меч — он вообще завязан, и чтобы его извлечь, надо потратить некоторое время. Да и на ножнах имеется след от удара… И поднял я его, чтобы отразить удар — это видели многие.