Страж. 3 книги

Что потом?

Строить тут современное индустриальное общество?

На какой, извиняюсь, базе?

А главное — им-то самим это, прямо вот так, блин, и надобно? Прямо-таки кушать не могут без прогресса, что ли? Столько лет жили и не переживали — и вдруг!

Опасаюсь, что в данном случае, я имею все шансы близко познакомиться с местной психушкой, или тем заведением, что тут выполняет её функции. Не помню, монастыри когда стали душевнобольных лечить?

А не один ли хрен, откровенно говоря?

Не факт, что здесь есть эти самые монастыри.

Не факт, что в них кого-то вообще лечат.

И далеко не факт, что тут подобных «страдальцев» попросту не выгоняют за ворота…

Так что — молчим! Пока — так во всяком случае…

Рынок!

Кто там его символом прогресса называл? По-моему, так оный товарищ несколько на солнышке перегрелся…

— Нам туда! — энергично кивает налево усач. — Думаю, что мы там всё и отыщем…

Щас… отыскал один такой…

Чеснок — этот быстро нашли. Он тут, кстати, куда крупнее знакомого мне аналога. Сахар — тоже отыскали, хотя он тут и довольно дорог. Между прочим, он тут тоже на привычный не шибко похож.

Вот соли — этой аж три разновидности. Разного цвета и величины помола. Оказывается, неподалёку располагаются целых четыре соляные шахты. Надо же…

Растительное масло — глухой утык. Подсолнечника, судя по всему, здесь вообще не знают. Есть — конопляное (во всяком случае, по запаху похоже), ещё какое-то… Словом — надо экспериментировать.

Перца — тоже нет. Есть нечто, отдалённо его напоминающее. И сладким этот фрукт (овощ?) бывает, и кислым — да и вообще, всяким. Смотря, где вырос и как давно его собрали…

Помидор…

Почти полукилограммовая красная фиговина — это он? Они тут не на дереве, случаем, произрастают? Или, как арбузы, на бахче?

Словом, набрали много, теперь на пару дней занятия хватит.

Навьючив «случайных» попутчиков покупками, направляемся далее — охота мне на кузнечный ряд посмотреть. Зародились тут кое-какие мысли и на этот счёт…

Толпа вокруг не так чтобы очень уж основательная — но очень деятельная. Кто-то торгуется, что-то обсуждает, спорит и доказывает — короче, все при делах. Постоянно обходим какие-то кучки народа.

Оп!

И чья-то осторожная рука шарит по моему поясу!

Ну, родной, это ты не к тому сунулся.

Прижать руку к телу, рывок — падаю на землю.

— Эй!

— Что это?!

И вокруг тотчас же начинается суета. Словно, блин, все внезапно проснулись.

Подо мною барахтается на песке худощавый парень, чья рука пребывает прямиком в моём кармане.

— Вор! Карманник! Бей его!

Парня тотчас же из-под меня выдергивают. Секунда — и ему сейчас прилетит…

— Стоять! — рявкает усач. — А ну — держать его крепко!

Он проводит рукою по лицу, словно что-то стряхивает.

— А ведь мы его не видели… — словно оправдываясь, говорит один из провожатых.