Страж. 3 книги

 — В записях барона Эспина, однако, упоминается именно такой способ совершения преступления. О чем именно вы ему и поведали! И заметьте — ранее об этом никто и нигде вовсе даже не слыхивал!

Язык мой — враг мой… Ну что ещё тут можно сказать? Хотел произвести впечатление… Произвёл! Да, ещё какое!

— И я не могу исключить того, что указанное деяние спланировано именно вами — или при вашем непосредственном участии!

Часовню тоже я подпалил? Или, что там помимо этого наколбасили? Хрен я ему что-то объясню… у мужика своё видение обстановки, и он не собирается менять точку зрения.

— Молчите?

А хрена ль тут перед ним распинаться? Не поверит всё равно.

— И как ловко вы подставили под удар наёмников — никто не остался в живых! И не сможет ничего рассказать о своих нанимателях.

— Отчего же? Взят в плен их командир."

"— Так и не пришедший в себя и по сей день… Странное совпадение, вы не находите? — тотчас же парирует моё возражение глава Канцелярии.

— Ну… Его, вообще-то не я захватывал…

— А! — отмахивается собеседник. — Вашей… этой Даной Бакли тоже уже занимаются…

Блин! Вот ведь незадача! И её я как-то подставил… Сидела бы уж в своём Кределе… И что теперь делать?

— И половины сказанного было бы достаточно, чтобы приговорить вас к смерти.

Тот факт, что этого п о к а не произошло, объясним лишь моим желанием выяснить личность ваших хозяев. У вас есть последний шанс!

— У меня нет хозяев.

Граф встаёт — и я тотчас же замечаю, как напряглись оба телохранителя. Так… сейчас что-то произойдёт…

Лишь бы маг ударил первым!

А тогда я смогу отобрать у ошарашенного неожиданностью рукопашника оружие. Что там говорилось о заложниках? Граф — очень даже перспективный в этом отношении персонаж!

— Суда не будет.

Про вас просто забудут — навеки. И все эти события так и останутся тайной. Навсегда — и для всех. Если вы и увидите небо ещё раз — то только сквозь решётку окна. И помните — я могу ждать долго, но не бесконечно! Прощайте… глупец…

Лязгнула дверь.

7

В карету граф садился в прескверном расположении духа. Почувствовав это, его спутники тактично молчали, никак не комментируя произошедшее.

Подъехав к зданию Канцелярии, карета остановилась у парадного крыльца, и, похлопывая перчатками по руке, его светлость выбрался на улицу.

— Позволено ли мне будет говорить, Ваша Светлость? — нарушил молчание телохранитель-рукопашник.

— Не сейчас, Артиз… — покачал головою граф. — Мне надо подумать…

— Возможно, это чем-то поможет вам, Ваша Светлость.

Дел удивлённо поднял взгляд на телохранителя.

Молчаливый здоровяк Артиз Харц вообще открывал рот крайне редко. А уж чтобы обратиться к хозяину напрямую… такие случаи происходили и вовсе… да почти никогда!

— Слушаю тебя.