Страж. 3 книги

Почему?

— Я не маг… откуда мне знать ответы на столь сложные вопросы?

— Ладно, — вздыхает монах. — Давай с самого начала…

Разговор получился долгим, монах дважды наливал мне воды — промочить пересохшее горло. Понятно, что полной откровенности не получилось — не настолько же я лопух? Насколько мне известно, монастырские подвалы всегда отличались глубиной и качеством постройки. Так что желания проверить это на своём опыте у меня не было, да и возникнуть не могло. Изменил я и некоторые обстоятельства общения с ныне покойными членами банды Пестрого.

А во всем остальном — придерживался правды. Ну и про мифическое Зеркало… тоже старался ничего не придумывать. Мол, есть у меня такая штука, верно. А откуда… да, кто ж его знает? Лично я — так вообще теряюсь в догадках…

— Странно… — произносит брат Мон. — Я не чувствую лжи в твоих словах. Некоторые сомнения и неправильные толкования — есть, и я их вижу. Вполне возможно, что ты искренне заблуждаешься в оценке тех или иных событий и в их последовательности. Но это, в принципе, объяснимо — не каждому человеку удаётся выпить столько зелья Забвения — и остаться в живых! О таком никто из нас даже и не слышал никогда! Тебе повезло, да…

— Может быть, — осторожно вставляю свою версию, — дело не в везении?

— А в чём же?

— Тот, кто пытался провести нужный ритуал, попросту что-то перепутал. Или и вовсе не знал. Вот всё и пошло как-то не туда… и не так!

Монах задумывается.

— Возможно… Мы подумаем над этим. Но сейчас — вернёмся к тебе. Почему ты убил графа? Ведь он, насколько я знаю, уже не имел возможности к сопротивлению?"

"— Странный вопрос! — пожимаю я плечами. — А тот факт, что он на моих глазах убил нескольких моих солдат и пробовал убить меня — он вас не удивляет? По-моему, каждый, кто поднимает оружие на человека, должен быть готов к тому, что может погибнуть и сам. Око за око, брат Мон, и зуб — за зуб!

— Страшные слова ты сейчас произнёс… — качает головою монах.

— Я неправ?

— В том-то и дело, что прав… Но этих слов уже давно никто не произносил в наших стенах. Я имею в виду — из тех, кто живёт за ними. Ты взвалил на себя тяжкую ношу!

— В смысле?

— Определить вину и назначить наказание — это удел очень немногих! Риск ошибки слишком велик! Было бы понятно, если бы ты убил его для того, чтобы одержать победу в битве.

— Ну и для этого, разумеется, тоже…

— Но сказал-то совсем другие слова! А то, что сказано первым — идёт от сердца.

Монах задумывается.

— Мы не станем тебя удерживать. Пока для этого нет никаких оснований. Тебе нанесли тяжкий урон, от которого, возможно, и не суждено уже никогда оправиться. И поэтому некоторые проступки вполне объяснимы — и неподсудны.