Сахар на дне

А что если он высмеет меня? Решит, что я его очередная ревнивая навязчивая девка? Чем я сейчас отличаюсь от Кристины? Только пока тем, что трезвая. И то, временно, наверное. Потому что если вдруг он не один…

Сердце замирает, покрываясь коркой льда, стоит мне лишь подумать о том, что у Алексея за этой дверью есть компания. Во рту пересыхает, а в животе неприятно ноет.

Нет. Я не готова. Лучше остаться в спасительном неведении. Так хоть есть на что надеяться.

41

Но стоит мне сделать шаг в сторону лифта, как дверь открывается, и я слышу недовольный голос:

— Ты вообще собиралась звонить или просто пришла постоять под дверью?

Я оборачиваюсь и застываю, не контролирую, что шарю по нём взглядом, пытаясь найти там следы другой. Но видны лишь всколоченные волосы и двухдневная щетина.

— Я… ээ… Лёш, извини, ты сказал, что устал, а я… В общем, пойду уже, а ты отдыхай.

Порываюсь уйти, но на моей руке чуть выше локтя смыкаются крепкие пальцы.

— Ещё чего, — недовольно бурчит Шевцов и затаскивает меня внутрь."

"Чувствую себя отвратительно. Глупая ревнивая дурочка — вот кто я. Кажется, Алексей и в самом деле устал. В гостиной на маленьком столике стоит ноутбук, а на диване смятый плед. Он отдыхал, а я притащилась со своими глупыми подозрениями.

Пока Шевцов идёт в ванную умыться, я пытаюсь загладить своё вторжение, поэтому тащусь в зону кухни и ставлю вариться кофе.

— Слышишь, как громко я топаю, чтобы ты потом не сказала, что я снова подкрадываюсь? — Лёша обнимает меня со спины и прижимается губами к нежной коже за ухом, отчего по позвоночнику до самого копчика прокатывается электричество.

— Лёш, — поворачиваюсь в его объятиях и отступаю на шаг. — Прости, что потревожила. Не знаю… Я просто… просто захотела тебя увидеть.

И это совершенно не ложь. Но о том, что на самом деле я просто безумно хотела его увидеть, что даже напялила нелепую тряпку, решила умолчать.

— Только лишь увидеть?

Шевцов снова притягивает меня к себе и целует. Не спрашивает разрешения, но и не напирает. Проникает языком в мой рот и хозяйничает там, заставляя простонать ему прямо в губы.

— Кажется, кто-то торопился меня не только увидеть.

Лёша подхватывает меня под бёдра и усаживает на столешницу, и тут в свете точечных ламп я замечаю, что у него на брови пластырь.

— Что случилось? — прикасаюсь аккуратно.

— Ничего стоящего твоего внимания, Снежинка.

— Ты подрался? — внутри ёкает, и утренняя тревога снова разливается внутри.

— Яна, — Алексей немного отклоняется и смотрит мне в глаза, — драться — моя работа. Нужно было немного раздраконить бойца перед соревнованиями.

— И ты позволил ему себя ударить? — соскакиваю со стола и в непонимании смотрю на Шевцова.

— Слушай, хватит уже, доктор Мелочь, что вышло, то вышло. Ничего криминального.