Супергерой для Золушки

Жаль, что так получилось.

Знал же, что плохая идея. И зачем в тот день руки, будто сами, потянулись к ее бедрам? Лежал бы себе, терпел, пока она тебе спину обрабатывала. Вот же чертов дебил. Сам все испортил.

Закрыл машину, неспешно поднялся по массивной железной лестнице и открыл двери своей квартиры. Здоровенный пес, виляя хвостом, подбежал и радостно закружился волчком возле ног.

— Привет. — Похлопал его по спине, присел на корточки рядом, почесал ему загривок. Встал, взял с крючка в прихожей ошейник с поводком. — Пойдем-ка, дружище, прогуляемся. Подумаем, как нам дальше быть.

И пес пулей понесся вниз, не дожидаясь, когда его пристегнут. Я спустился следом, стиснул зубы, решая, принять ли таблетку, или обойдется. Нет. Лучше еще потерпеть. Достал из кармана леденец, избавил его от обертки и быстро закинул в рот. Обогнул дом и направился по дороге вниз, к морю.

— Ты ждешь, — усмехнулся, заметив, что мохнатый остановился возле дерева. Накинул на него ошейник, погладил. — Хороший парень. Хор-р-роший. Ну, пойдем.

Глава 14

Пробовала сопротивляться:

— Нет, мне завтра вставать рано. Еще и кота покормить нужно.

Но была похищена двумя весьма экстравагантными соседками прямо с лестничной клетки:

— Пошли-пошли!

И вот теперь сидела уже второй час на их балконе, развалившись на кресле, попивая холодное белое вино и рассказывая подробности своего свадебного приключения.

Вдалеке, за крышами домов, растянулось бесконечное море, справа на краю мыса мигал с разной частотой белый колпачок маяка, а мы сидели втроем на открытой площадке, огражденной перилами, и любовались всей этой красотой.

— Ох, — наверное, в сотый раз вздохнула Вера, болтая ногами.

 — Даже не знаю, что сказать.

— Да. — Подтвердила я, покусывая губу. — И где-то там, в моей квартире лежит платье — единственное доказательство того, что этот сон бедняжке Золушке не приснился.

— И ты еще хочешь сказать, что расстроилась? — Вступила Ника, свешивая ноги с кресла и взбивая ими густой вечерний воздух с запахом соли.

— Конечно. — Созналась, разглядывая серебристый лунный свет, преломляющийся в стенках бокала. — Он же мне понравился. И скажу даже больше: я чувствовала нечто такое, чего вообще никогда не испытывала. Поэтому мне немного обидно.

Даже не знаю, почему. Хотя… что, вообще, о нем знаю? То, что у него есть девушка, а он позволяет себе спать с кем попало?

— А ты ждала, что ваша ночь потребует от вас каких-то обязательств в дальнейшем?

— Мм… Нет. — Постучала ногтем по стенкам бокала. — Но думала, что мы оба свободные люди, делаем, что хотим, а там, дальше, будет видно.

— Тебе было хорошо? — Задумчиво спросила Ника, максимально выдвинула свой язык изо рта (будто конвейерную ленту) и устроила на нем кусочек сыра.

— Не то слово.