Супружеский долг

Эмма считала, что ее план лучше, но мужчины с ней не согласились, так что она вынуждена была уступить мнению большинства. Тем не менее тревога ее не проходила, и каждый час приносил новые проблемы. Даже всерьез раненный, ее муж плохо переносил вынужденную неподвижность, а мнимая болезнь тем более ставила перед ним невыносимые трудности. Особенно тяжело было во время полуденной трапезы, когда Эмма вынуждена была предложить «умирающему» Эмори лишь одно яблоко. Не могла же она принести ему полный обед?! Но попытайтесь объяснить это голодному мужчине, у которого с утра не было ни крошки во рту, за исключением кусочка хлеба, тайком принесенного к его «смертному одру».

Дальше стало еще хуже, потому что начал моросить дождь. В попытке защитить «умирающего», лежащего на открытой телеге, Эмма взяла одеяло и держала его над ним до конца поездки. Чувствуя невыносимую боль в спине от неудобной позы, в которой пришлось пребывать довольно долгое время, она пожалела о своем порыве.

Наконец они прибыли в Лестершир, где временно находился двор короля Ричарда. Эмори перенесли в комнату, специально отведенную для него и Эммы. Однако здесь его жалобы, которыми он докучал Эмме всю дорогу, не заглушали стук колес и скрипение телеги, да и Мод теперь находилась рядом с ними, так что Эмори вынужден был лежать молча. Но именно это и было самым трудным для него. Эмма видела, что терпение мужа подходит к концу, и уже готова была отослать Мод, когда раздался стук в дверь. Служанка поспешила отворить и, ахнув, отступила в сторону, так как на пороге возник король, сопровождаемый Блейком.

Решительным шагом приблизившись к постели, король склонился над своим поверженным воином. Плечи его поникли.

— Значит, это правда!.. — угрюмо прошептал он."

"Эмори испустил тихий стон. Эмма поджала губы, бросив на него суровый взгляд. Бога ради! Он же считается умирающим! Если он станет стонать, все подумают, что дело идет на поправку. Проклятие! Эмори ведь сам придумал этот план, так пусть его и придерживается!

Ричард с недоумением заметил яростный взгляд, брошенный Эммой на мужа, и, чуть нахмурившись, сухо заметил:

— По-моему, мадам, он пытается что-то сказать?

— Нет, — торопливо пробормотала Эмма, стараясь придать лицу горестное выражение. — Нет, ваше величество. Он уже не в силах говорить. Смерть подошла к нему слишком близко. Она требует молчания от своих спутников. Уверена, он еще некоторое время промучится, но это лишь вопрос времени… Ох! — воскликнула Эмма, едва не подпрыгнув: Эмори больно ущипнул ее, незаметно высунув руку из-под одеяла. Хорошо еще, что этого никто не заметил.

— Что-то не так? — осведомился король, подозрительно переводя взгляд с Эммы на ее «умирающего» мужа.

— Нет, ваше величество.