Супружеский долг

Мы сами позаботимся о Бертране и его матери, — настаивал ее муж, чувствуя, как с порывом ночного ветерка до его ноздрей донеслась новая волна удушливого запаха.

— Но я должна сообщить тебе, что Гита — доверенная служанка леди Аскот. Они оглушили меня и захватили в плен. А лорд Арундел должен был отравить тебя. Потом они собирались выдать меня замуж за него! — Она указала на Бертрана.

— Да, жена, понятно. А теперь пойди с Олденом. Ты почти раздета. — Он ласково подтолкнул ее к юноше, а сам вновь повернулся к леди Аскот и ее сыну.

Эмма хмуро посмотрела ему в спину и неохотно направилась к Олдену.

— Пойдемте, миледи. — Оруженосец шагнул вперед, чтобы предложить ей руку, но тут же отшатнулся и, уже стараясь держаться на расстоянии, повел к лесу."

"Бертран безмолвно наблюдал, как женщина, которой он жаждал обладать, удаляется от него, и размышлял о несправедливости того, что незаконнорожденный сын крестьянки получил все, о чем мечтал он, лорд. Затем, вздохнув, он спешился. Ему было абсолютно ясно, что следует делать теперь.

Эмори и Блейк выхватили мечи и скрестили их перед королем, когда Бертран внезапно кинулся к нему. Их действия заставили его остановиться, но не замолчать.

— Ваше величество, прошу разрешения удалиться. Вам должно быть ясно, что ко всему этому я не имею ни малейшего отношения. Это все она.

— Бертран! — гневно вскричала леди Аскот, когда сын небрежно махнул рукой в ее сторону, но он не обратил на нее внимания. — Я был всего лишь пешкой! Такой же жертвой, как леди Эммалена.

Блейк и Эмори переглянулись с презрительными усмешками. Короля же это представление позабавило.

— Прекрати холуйствовать, будь мужчиной. Ты увяз в этих грязных делах по шею! — Быстрый кивок короля, и двое его солдат выступили вперед, чтобы забрать Бертрана.

Король тем временем обратился к леди Аскот. Блейк и Эмори опустили мечи и грозно посмотрели в ее сторону. Под их гневными взглядами она продержалась чуть подольше своего сыночка.

— Это все Гита! — взвизгнула леди Аскот. — Это она все придумала. Я велела ей проникнуть в замок Эберхарт, только чтобы разузнать, как там обстоят дела. А она решила вас отравить. Она же и ударила вашу жену по голове…

Внезапно причитания леди Аскот оборвались, потому что служанка, которую она обвиняла, протолкнулась сквозь толпу вооруженных мужчин и рывком сдернула злобную старуху с лошади. Никто и шевельнуться не успел, как Гита приставила кинжал к горлу своей хозяйки.

— Я счастлива, что наша преданность взаимна, — прошипела она и, когда Эмори сделал движение в ее сторону, сильнее нажала кинжалом, так что на шее леди Аскот появилась капелька крови. — Нет, Эйнфорд, возможно, у вас девять жизней, как у кошки, но боюсь, леди Аскот такой живучестью не отличается.

Эмори пожал плечами.