Суженая

Почему Роум забрал Ласточку, хотя никогда прежде так не поступал?

— А разве раньше тебя сопровождали конюхи, — фыркнула Арвела. — Ты ведь всегда ездила одна, дочка — и никого никогда не заботила твоя безопасность.

Я изумлённо посмотрела на ведунью.

— То есть папа знает, что у нас в лесах появилось что — то… — заметив непонимание на лице ведуньи, я поспешила пояснить:- ну, тот страшный черный зверь, который вышел из тьмы. Я так и не рассказала папе о том, что встретила в лесу, но он, получается, и сам это откуда — то знает. И потому послал со мной Роума… И потому велел Роуму забрать лошадь.

Я восторженно посмотрела на ведунью

— Папа заботится обо мне.

Арвела с секунду помолчав, поднялась, чтобы подвесить чайник на очаг.

Быстро справившись с нехитрой работой, старшая подруга и наставница подошла ко мне и крепко меня обняла.

— Тяжело тебе придется, Мили, — прошептала ведунья так тихо, что я с трудом разобрала её слова. — Лучше бы ты и правду досталась Джорджу. Но судьбу не перепишешь

— Арвела, что ты видишь в моём будущем? — спросила я, отстраняясь от своей наставницы.

Ведунья покачала головой

— Скоро, Мили…

И я, глядя в приоткрытое окно, где только звёзды и ранняя Луна освещали землю. тоже это знала.

Скоро.

Арвела уже сказала, что зелье я варю последний раз — а ведь завтра утром отвар от черной лихорадки будет уже готов.

Тот же вечер. Замок лорда Стивенсона.

— Значит, ваше пребывание в столице было приятным? — поинтересовалась графиня, улыбаясь гостям — оборотням и ничем не выдавая своих настоящих чувств.

Образцовая леди, высокородная аристократка."

"Она не могла поверить, что в замке близкого родственника ни одна из их кровных племянниц ни оказалась в состоянии принять важных гостей. Маргарет до сих пор приходила в себя — лежа у себя в комнате, эта слабохарактерная девица то и дело теряла создание — отчего одна из последних оставшихся в замке служанок была вынуждена сидеть возле «леди» и подносить той нюхательную соль.

Младшая же — Хоуп — оказалась немногим лучше своей старшей сестры. Постоянно заливаясь слезами, это девица напоминала графине побитую собаку, которая пыталась скрыться от злого хозяина — только не знала как. Вот и сейчас, забитая, она почти слилась с обстановкой в столовой.

И, как это не прискорбно было признавать графине, только лишь Милена — дочь Уильяма от приблудной безродной девки, могла достойно сыграть роль хозяйки вечера.

Может, следовало убедить лорда Стивенсона послать за младшей дочерью?

Графиня задумалась, переведя взгляд на свою старшую дочь, которая, сидя рядом с горным вождём, изо всех сил старалась тому понравиться.