Суженая

Приживусь ли я там? Смогу ли принять новое место в качестве своего дома или умру от тоски и несчастья?

Задрав голову к верху, я пыталась прогнать внезапно набежавшие слезы. Нет…

Тосковать я не буду.

И думать о плохом тоже не буду. МакГрегор не просто так приехал в империю — не просто так искал именно меня. Я не знатнее, не красивее остальных девиц нашего государства. Хоть и из древнего рода, но нищая, плохо образованная, никогда не бывавшая при императорском дворе.

Он мог жениться на ком угодно. Но взял в жёны меня.

Я вспомнила многочисленные слухи, ходившие про горных вождей — мол, невест выбирают не сами люди, а их звери — оттого — то не каждая невеста подходит оборотню. И лишь редкая суженая способна стать парой горным вождям.

А раз так…стоило ли мне грустить о прошлом?

Став женой Джорджа, я была бы всего лишь неудобным придатком к замку отца. прислугой, взятой в семью по необходимости; МакГрегору же наши земли были не нужны."

"Он женился на мне… из — за меня самой?

Подумав об этом, я вдруг развеселилась, припомнив, как аккуратно и нежно он обращался со мной прошедшую ночь. Согревал своими объятиями ночью, дал выспаться утром — и даже накормил завтраком.

Конечно, присутствовало во всём этом что — то непонятное… нечеловеческое. Но ведь судить надо по поступкам, а не потому, что кажется или мерещится. Вот и выходило, что пока Лиам оказался просто замечательным мужем.

Успокоив себя таким образом, я занялась волосами, в полголоса напевая веселый мотивчик про озорной южный ветерок.

Я уже застегивала черный вверх своего дорогого наряда, когда на берегу показался мой супруг.

— Милена? — его взгляд быстро прошелся по моей фигуре, отмечая каждую деталь.

Я видела, как загорелись вспышки тьмы во взгляде МакГрегора, стоило ему взглянуть на не до конца застёгнутый вверх платья.

— Я почти готова! — воскликнула я, как можно проворней застёгивая на лифе платья последние пуговицы.

Умытая, одетая, и даже аккуратно причесанная, я была готова к новому дню и изнурительной, долгой дороге.

— Хорошо, — процедил Оборотень, глаза которого менялись, становясь всё больше желтыми — волчьими.

Менялись даже не сами глаза — а взгляд. который становился всё менее человеческим, всё более — звериным…

Я заметила жуткие клыки, появившиеся на лице МакГрегора и — и острые черные когти, возникшие на руках вместо ногтей.

Оказавшись в один шаг рядом со мной, МакГрегор схватил меня в охапку — и. уткнувшись носом куда — то в область ключицы, шумно задышал.

Я замерла, не в силах пошевелиться от страха.

Почему он разозлился? Неужели я опять не так пахну? Но я ведь только что протёрлась чистой озёрной водой.