Свет души твоей

С самого утра начался дождь и до сих пор заливал деревню серыми безразличными струями. Бабка что-то делала во дворе, расхаживая в брезентовом плаще с таким огромным капюшоном, что в нем не видно было ее лица. Интересно, чем можно заниматься в такую погоду?

Домовой не показывался со вчерашнего дня и даже на чердаке не слышались его быстрые шажки. Неужели так сильно обиделся?

В этот момент на дороге показалась странная процессия. Это был пожилой мужчина по виду настоящий поп с окладистой бородой, полная женщина в платке и длинной юбке, а с ними молодая девушка. Она брела позади них, держа зонтик так, что весь дождь попадал прямо на лицо и ее светлый берет тяжелой лепешкой, свисал набок. Странная какая-то…

Хлопнула дверь и в кухню вошла бабка, неся за собой запах сырости и прелых листьев.

- Видела? – она кивнула на окно, намекая на странную троицу. – А вот и она.

- Кто? – я наблюдала, как она вешает мокрый плащ на вешалку, а потом вытаскивает из его кармана какой-то узелок.

- Жена для Светоча, - ответила бабка, шаркая старыми тапками к печке. – Привезли ее для нашего отца Сергия, наконец.

- Вот это, жена??? – я снова посмотрела в окно, но за ним уже никого не было. – В беретике? А разве она такая должна быть?

- А какая, по-твоему? – Тина оглянулась и окинула меня насмешливым взглядом. – Чем тебе эта не угодила?

- Нет, мне все равно, конечно… просто она такая… такая… - я не могла подобрать правильное слово. – Серая что ли…

- Так она не в семье артиста или певицы воспитывалась, а в верующем семействе, - бабку казалось, даже возмутили мои слова. – Не туда смотришь, Нина. Разве красота это главное? Что толку от нашей привлекательности? Одни проблемы да одиночество.

- А ей-то, конечно, повезло, - съязвила я. – Вот прям счастья полные карманы!"

"- И в кого ты такая ехидна? – Тина одарила меня недовольным взглядом. – Смолчать не могла?

- Так в вас, бабушка, - улыбнулась я ей. – В кого же еще?

- Тьфу, зараза! – она отвернулась от меня и принялась что-то размешивать в старом черпаке. Через несколько минут Тина подняла голову и крикнула: - Эй! Спускайся! Будем красоту сводить!

Я догадалась, что она зовет домового, но он не спешил показываться.

- Давай-ка, не зли меня! Слышишь?! – снова крикнула бабка. – Иди, иди… я тебе наливки плесну грамм пятьдесят для настроения!

На чердаке что-то гупнуло, покатилось, раздался быстрый топоток и на печке появился домовой.

- Вы мне тут не подумайте, что я за наливку продался! – обиженно протянул он, шаря глазами по столу. – Просто спустился, чтобы на вас посмотреть. «Величие императора в умении прощать»!

- Подойди ко мне, император, - поманила его пальцем Тина. – Погляжу на твой фонарь.

Тот со вздохом спустился, а она повернулась ко мне.

- В магазин сходи. Купи гречи да масла.