Свет мой тишина

– Перемены в вашем поведении навели Елену Александровну на определенные мысли, и она вспомнила о свидетеле, который пытался сдать ей вас еще год назад. Тогда она, добрейшей души женщина, пожалела вас и послала человека ко всем чертям. Однако за год что-то в ваших отношениях разладилось. Это очевидно хотя бы потому, что прошлой осенью она вдруг составляет завещание. Боялась вас, подозревая еще тогда, что вы способны на убийство? Или просто не любила настолько, что не хотела, чтобы вы получили большую долю ювелирного бизнеса?

– Я никогда никого не любил так, как свою жену.

Сидоров смотрел на Марича с яростью во взгляде.

– Как бы то ни было, жена узнает подробности вашей связи с Алиной. Не исключено, что за это время у нее накопились и другие претензии к вам.

Сидоров отвернулся и теперь смотрел на лестницу. Вряд ли он отдавал себе отчет в том, насколько красноречивы его невербальные сигналы. Марич вдруг произнес очень тихо и хрипло. Так, что моя кожа мигом покрылась мурашками:

– После первого убийства решиться на второе гораздо проще.

Затем он поднялся с дивана. Я тут же последовала его примеру, решив, что разговор окончен, но он легонько опустил меня обратно правой рукой, а сам продолжил движение к лестнице.

– Жаль, что книги, которые были разбросаны вами после убийства жены, сейчас у следствия, не принесете ли вы мне несколько других томов?

Сидоров молчал.

– Ну да ладно, – вздохнул Марич. – В ходе следственного эксперимента вам наверняка покажут все наглядно.

Серб поднялся на несколько ступеней вверх и теперь вещал оттуда, словно с кафедры.

– Елена Сергеевна тем ранним утром не собиралась перемещать стопку книг со второго этажа на первый. Более того, она вообще вряд ли успела построить какие-то планы.

Марич медленно провел ладонью по перилам.

– Вы напали на нее со спины – резко и неожиданно. Скорее всего, ссора с ней состоялась еще накануне вечером. Всю ночь вы вынашивали план убийства и решили, что легко сможете инсценировать несчастный случай. Ладно книги, но тапки… Да, каблук неудобный, все может случиться с грузной женщиной вроде вашей супруги – подошва скользкая, можно и оступиться.

Владан резко сполз на ступеньку вниз, пытаясь показать это наглядно.

– Она уже поскальзывалась на лестнице в них, верно? Оттого перестала носить эти тапки дома. Но они как нельзя лучше вписывались в картину несчастного случая, который вы нарисовали в своей голове. Поэтому вы подбросили обувь вместе с книгами после убийства. Только есть маленький нюанс – тапки не могли слететь с тела при падении подобным образом, Денис. Никак не могли.