Свет мой тишина

Наконец Серб продолжил:

– Петр Семенович, позвольте поинтересоваться, а Ольга Сергеевна разделяла ваше мнение об Алине и ее работе?

– Бывало всякое, конечно. Если Оля была чем-то недовольна, то говорила об этом прямо. Но Алина никогда не обижалась, старалась сразу исправиться.

– А поговорить о чем-то, как вы с Алиной, они могли? Девичьи штучки обсудить, например? – спросила я.

– Нет, ну что вы. Только рабочие отношения.

– В отличие от ваших, – не удержалась я, за что удостоилась пристального взгляда Марича.

– Да, – нисколько не смутился Нефедов. – Я к ней искренне привязался, сейчас это понимаю.

– Почему же не заявили в полицию после ее внезапного исчезновения?

– Боялся… – Он осекся и замолчал, мы с Маричем переглянулись, а Петр продолжил: – Помешать.

– Чему?

– Ее планам. – Он скрестил руки на груди и посмотрел в пол.

– Подробнее, если можно.

– Вы не подумайте, ничего конкретного мне известно не было. Просто я предположил, что, если Алине понадобилось уйти вот так, не простившись, на это должна быть веская причина.

– И вы даже не попытались поинтересоваться у охраны или соседей, не видел ли кто вашу домработницу?

– Я спросил у Дениса, но ни он, ни Елена ничего не знали.

– Почему вы обратились к ним? Они продолжали общаться?

– Нет, ну что вы, – быстро замотал головой Нефедов.

– Ну а Ольга? Что ей помешало обратиться в полицию с заявлением о пропаже?

– Я не знаю, – растерялся Нефедов. – Просто не стала, и все. Разве для этого нужна причина?

– Само собой, – удивилась я.

– Вы же наверняка спрашивали ее об этом в мое отсутствие.

– Нам интересно ваше мнение, – спокойно произнес Марич.

– Если хотите знать, Ольгу это вообще мало волновало.

Я хотела было задать Нефедову некоторые вопросы, но Владан осторожно подал мне знак молчать, ослушаться я не решилась. Сам он также не стал ничего уточнять, вместо этого поднялся, поблагодарил Нефедова за сотрудничество и откланялся. Мы последовали к выходу, я обратила внимание, что гостиная пуста. Видимо, Сидоров уже успел воспользоваться гостеприимством и отошел ко сну в одной из комнат этого огромного дома.

– Что скажешь? – спросила я Марича, когда мы минули шлагбаум.

– Нефедовым есть что скрывать, но пока не возьму в толк, что именно. Одно понятно: сегодня для Петра выдался непростой день, вряд ли мы смогли бы узнать что-то существенное.

– А что Ольга? Успела поделиться чем-то интересным в перерывах между рыданиями или просто вдоволь насладилась возможностью побыть с тобой наедине?

– Ревнуешь?

– А что, она привлекательная женщина.

– В мире есть лишь одна женщина, которая меня привлекает, и – о счастье! – сейчас она сидит справа от меня.