Свет погасшей звезды (СИ)

Извинившись, он поспешил на выручку Людмиле, с помощью его сиятельства завладевшей корзиной и бойко размахивающей перед ним зажатым в руке серебряным кувшином с узким горлом."

"Ну вот, я стала крайней, — поджала губы Наташа.

— Если бы вы всё рассказали с самого начала, этого бы не случилось! — крикнула в его спину, прижав ладонь к ране снова напомнившей о себе всплеском боли.

Разбуженная Мисси звонко гавкнула в знак солидарности с хозяйкой. Она тоже хотела домой.

— И вообще, — ворчала девушка, зная, что её не слышат, — какого чёрта ты, прекрасный мой шейх, отыскал меня в двадцать первом веке? Не сообразил, как найти нужное турагентство? А мозгами пошевелить оказалось слабо? Всё ж как на ладони было видно.

Почесав между ушами маленькую защитницу, глянула на парня-арбалетчика.

— Иди сюда, — позвала его.

Тот осмотрелся по сторонам, не веря, что обращаются к нему.

— Ты, ты, — закивала Наташа, придерживая рычащую Мисси. — Успокойся, куколка. Этот симпатичный мазила нам ничего плохого не сделает.

Парень остановился от иноземки на расстоянии вытянутой руки:

— Чего изволите, госпожа графиня?

— Воды дай, — указала она на котелок.

 — Твоё имя Кристоф? — перешла на немецкий язык, отпивая из кубка. — Сколько тебе лет?

Парень немного помолчал, поморгал в раздумье и нерешительно ответил:

— Семнадцать, госпожа.

Понимает меня! — вдохновилась Наташа, рассматривая его кольчужную рубаху до колена, тонкие вязаные гетры, ботинки из грубой кожи, простенькую тунику без вышивки в пятнах крови. Бросила взор на громоздкий арбалет, прислонённый к стволу ближайшего дерева. Спросила:

— Ты грамотный?

Не понял. Поднял брови и уставился на её рот.

Девушка достала из сумочки блокнот и ручку:

— Смотри, — открыла чистую страничку, — Сейчас я напишу твоё имя, — вывела КРИСТОФ печатными буквами.

 — Понимаешь?

Балбес бы не понял, — усмехнулась она, когда тот кивнул и улыбнулся во весь рот, смутно кого-то напомнив.

— Теперь твоя очередь, — протянула ему ручку. — Пиши, какой нынче день.

Парня заинтересовала ручка: ещё бы! Вертел ею и так и этак, понюхал и облизнулся, но пристальный взор иноземки удержал его от пробы на вкус. Сощурился, рассматривая кончик стержня.

На графа похож, — вспомнила Наташа прищур сиятельной особы.

Наверное, родственник.

— Пиши, какой день, — напомнила ему. — Если умеешь, конечно.

— День? — провёл он дрожащей рукой линию на бумаге: прерывистую, корявую, ни на что не похожую. Разве что на червяка, скрюченного судорогой.

Девушка хмыкнула и отняла ручку:

— Ну ладно, скажи, какое сегодня число?

— Четвёртое месяца августа, госпожа.

Она написала цифру четыре и название месяца по-немецки:

— Верно?

Кристоф пожал плечами так, что зашуршали кольца кольчуги, а Наташа усомнилась в его грамотности.