Свежий ветер (СИ)

Я не сказала ему того, в чем не признавалась даже самой себе – что на несколько мгновений поверила, что мы с Кейденом действительно могли иметь что-то - что-то, виденное мною лишь в кино, что-то, что я всегда считала глупостью. Но я была уверена, что Гаррус и так все понял – он знал, чего стоит для кого-то вроде меня признать нечто подобное. Странно, но мне стало легче от того, что я с кем-то поговорила об этом, удостоверилась в том, что это на самом деле случилось, а не являлось лишь моим сном. После сегодняшнего дня я была уверена, что никогда не признаюсь в этом Кейдену.

- Но почему мне так больно? – наконец спросила я; позабытый кофе уже давно остыл.

– То есть… между нами не было ничего серьезного, верно? Он стал просто еще одним солдатом… я и прежде это делала. Так почему же встреча с ним настолько потрясла меня? Почему я вообще позволяю этому оказывать на меня такое влияние?

Гаррус посмотрел на меня так, словно сомневался в моих умственных способностях.

- Разве это не очевидно?

Опустив взгляд, я уставилась в пол. Это и в самом деле было очевидно, куда уж очевиднее. Если бы наши отношения и вправду ничего не значили, сложившаяся ситуация не волновала бы меня ни капли.

Но это было важно - так важно, что я не знала, что мне делать, и то, как Кейден поступил со мной, стало чертовски болезненной пощечиной. Прежде мне не хотелось думать о нем или о том, как он поведет себя спустя эти два года. Я наивно полагала, что все образуется само собой – так же естественно, как мы сблизились когда-то. В действительности же я оказалась беззащитной, совершенно неготовой к тому, как у меня из-под ног выбили почву. И теперь я просто поверить не могла, какую боль он сумел мне причинить.

Осознание же собственной слабости, того, что я такая же, как и все, только ухудшало мое состояние. Я коммандер Шепард – величайшая из ныне живущих коммандос. Мне не пристало валяться в постели, страдая из-за мужчины.

- Это недостойно меня, - заявила я, сжимая кулаки. – Я сильнее этого.

- Ты не обязана быть неуязвимой для всего на свете, - мягко заметил Гаррус, снова нахмурившись. – Черт, тебе не следует даже пытаться. Это не делает тебя слабой. Это просто означает, что ты человек – это нормально для вашего вида.

Я посмотрела на свое запястье, на изображенных на нем летящих воробьев.

- Начнем с того, что меня вообще с трудом можно назвать человеком, - пробормотала я.

Гаррус пожал плечами.

- Меня уж тем более, к чему ты клонишь?

- Это не одно и то же, - недовольно сказала я, будучи не в настроении для шуток.

- Разве? На мой взгляд, ты не изменилась. Ты сражаешься так же, может быть, даже лучше. Ты так же ведешь себя, так же разговариваешь, выглядишь более или менее по-прежнему. И ты однозначно все еще страдаешь от паранойи.

- Я не параноик, - угрюмо возразила я.