Свежий ветер (СИ)

Я посмотрела на Кайдена, и он улыбнулся в ответ, неуверенно, но искренне, отчего сердце вновь болезненно сжалось, как и каждый раз, когда я вспоминала, что когда-то он был моим.

************

Кайден

До того, как я посетил штаб-квартиру Альянса – еще до войны – я навестил родителей. Визит был кратким, но я давно их не видел, а кроме того, мне не давало покоя чувство, что следует пользоваться возможностью, пока она есть. Я дал маме коды доступа к секретным каналам связи на случай, если что-то случится, и ей нужно будет со мной связаться.

Она спросила, что я имею в виду, и я ответил, что им с отцом следует готовиться к самому худшему. Папа взглянул на меня с хмурой решимостью и кивнул, словно я являлся его командующим офицером. Он уже давно вышел в отставку, но до сих пор уважал порядок подчинения, а к настоящему моменту я превзошел его в звании.

Спустя два дня после нападения – пока еще не все передатчики в Солнечной системе были уничтожены – мама сумела отправить мне сообщение. Родителям удалось покинуть Ванкувер и добраться до безопасного места невредимыми.

А затем отец ушел, присоединившись к войскам сопротивления. Он был немолод - черт, ему стукнуло шестьдесят – но он служил всю свою жизнь и до сих пор помнил, как держать оружие. Мне следовало бы знать, что папа не станет прятаться. Это определенно не пришлось бы мне по душе. С тех пор я не видел его и не получал от него известий.

В то время я находился в больнице в коме и получил сообщение уже только на «Нормандии». Я не знал, жива ли мама, а по мере того, как с каждым днем обстановка на Земле ухудшалась, я стал привыкать к мысли, что больше никогда не увижу отца.

Застав меня в зале для совещаний смотрящим на сообщение так, будто я не понимал написанных в нем слов, Шепард в своей обычной резкой манере спросила, что случилось. Я рассказал ей. Ее лицо мгновенно утратило равнодушное выражение, и я практически видел, как она лихорадочно пытается найти способ помочь, организовать спасательную операцию, с кем-то связаться. Однако в конце концов она осознала, что даже коммандер Шепард не в состоянии решить эту проблему.

«Я… мне так жаль, - проговорила она с искренним сожалением от того, что ничем не может помочь. – Не знаю, что еще сказать. Мне жаль. Надеюсь, что… надеюсь, с ними обоими все в порядке».

Такие разговоры в последнее время стали нередки: каждый на «Нормандии» потерял кого-то близкого.

Я вспомнил первый раз, когда мы с Дженой обсуждали родителей, и она призналась, что ей все равно, жива ли ее мать.