Свежий ветер (СИ)

Когда она злилась, ее глаза темнели, шрамы проступали отчетливей и начинали светиться изнутри, казалось, она даже существенно прибавляла в росте, так что становилось понятным, почему ее боялись и уважали во всей галактике. Не обращая внимания на удаляющуюся фигуру, Шепард обернулась к остальным адмиралам и заявила, что больше не намерена терпеть подобное на своем корабле. Я восхищенно смотрел, как коммандер Шепард привычно оглядела помещение и потребовала, чтобы все до единого отвечали ее невероятно высоким стандартам, и, как обычно, это сработало.

Крайне неохотно они согласились на ее условия. Даже появление в боевом командном пункте говорящего гета она объяснила так, словно любой, кого поразил этот факт, просто идиот. К концу совещания адмиралы оказались полностью в ее власти, и я задался вопросом, насколько их сговорчивость стала результатом чувства вины, вызванного участием в событиях, едва не повлекших ее смерть? Насколько шок от пережитой опасности и предательства кварианцев во время выполнения их просьбы придал сил самой Шепард?

На этом нам пришлось временно разделиться: Джене необходимо было отчитаться перед Хаккетом, а передо мной стояла задача вести себя так, словно сейчас меня занимало что угодно, но только не ее безопасность.

Проходя мимо Лиары, я почувствовал на себе ее многозначительный взгляд, но предпочел сделать вид, что ничего не заметил. Я спишу это на адреналин, страх, на что угодно. Я был убежден, что она погибла. Любой на моем месте отреагировал бы точно так же, верно?

Я знал, что это неправильно – вот, что важно, - решил я, массируя лоб; голова снова начинала болеть.

Так же как и то, что она осталась в живых. Если бы она не вернулась, если бы все пошло не так, и он стал бы причиной ее гибели…

Не стоит думать об этом.

========== Идеал (часть вторая) ==========

Шепард

Мне не удалось с первого раза расстегнуть крепление на плече – пальцы просто скользнули по гладкому материалу. Раздраженно стиснув зубы, я повернула голову и посмотрела на то место, в котором соединялись две главные пластины моей брони, прикрывавшие грудную клетку.

Предприняв еще одну попытку разделаться с непослушной защелкой, я осознала, что руки не слушаются меня. В такие моменты я практически чувствовала чужеродный холодный металл, которым «Цербер» укрепил мои кости."

"Я закрыла глаза, тяжело вздохнула и попробовала сладить с креплением в третий раз, и оно с легкостью поддалось. Расстегнув еще одно, я сняла грудной щиток, ожидая, что мне станет легче дышать, однако сдавливающее грудь чувство не прошло, и воздух все еще ощущался тяжелым.